— Ты вообще дура? — Зашипел Макаров, чуть ли не побелевший от злости, словно моё обвинение могло его смертельно ранить. — Нужна ты мне больно! Я только и хотел, что подробности личной жизни твоей сестрицы узнать!
— А больше ты ничего не хотел?
Возмущение выросло ещё сильнее.
«Посмотрите-ка на него! Вику ему подавай!»
— От тебя, мышонок? — В глазах Макарова стояла жалость.
Мне стало не по себе. Однако злость никуда не испарилась.
— Ты здесь ещё кого-то видишь?
— Вот именно, что «нет». Но, если ты не хочешь по-хорошему, я могу и по-плохому.
— Это как же?
— Выдам твою тайну.
— О чём ты, недалёкий? Какую ещё тайну? Ты в курсе, что я приехала только для того, чтобы всё рассказать Руслану? Хотя знаешь… а расскажи ему сам. Сделай мне услугу!
Эмоции захватили меня полностью, наполняя совершенно полярными чувствами: страхом, радостью, боязнью, любовью, ожиданием, нетерпением. Зудящее ощущение чужого внимания, сосредоточенного на моём затылке, усиливало эти эмоции во сто крат. Казалось, что за мной кто-то наблюдает, но понять с какой стороны это внимание отражается, не могла…
Руслан
«Один взгляд на неё — и вся выдержка насмарку», — я закурил, наблюдая за Цветочком с верхней платформы второго этажа парковки. — «Что ж, Наташа, пришло время заставить тебя умолять об исполнении твоей клятвы!»
Обручальное кольцо, надетое на палец какой-то час назад, тускло блеснуло, придавая моим мыслям мрачную решимость.
Наташа
Я чувствовала такой раздрай, что даже не заметила, как оказалась в салоне приоры, с лёгкостью забрасывая сумку на заднее сидение, при этом, не переставая нервно покусывать губу.
— Ты — «Машкова»? — Тихий вопрос Яны вернул меня в реальность.
— Приятно познакомиться.
— Как сказать… с тебя подробный рассказ!
Мотор глухо зарычал, и машина плавно проехала мимо Макарова, стоящего до сих пор с озадаченным лицом на месте и внимательно следящего за чёрной приорой, с помощью которой «рыбке» удалось сорваться с крючка.
«А всё потому, что «червячка» Рыжик подал слишком непрезентабельно…»
Беседа помогла прийти в себя, несмотря на заметное осуждение со стороны Дементьевой.
Лицо Яны прямо-таки кричало о том, что я бессовестная злыдня, но подобная реакция собеседника меня перестала трогать ещё четыре года назад. Воропаева выработала у меня стойкий иммунитет к такого рода осуждениям, да и мой совет «прочитать Библию и её притчи», поменял настрой делового партнёра, задумчиво уставившегося на дорогу.
Мимо нас пронеслась чёрная Феррари, и Яна притихла окончательно, странно среагировав на машину: Дементьева завернула на парковку небольшой кафешки под предлогом «перекусить», где мы ели в полной тишине, как только нам принесли заказ.
Так как моя собственная квартира в Питере, где за время моего отсутствия жили квартиранты, была занята, Воропаева договорилась о моём проживании у Дементьевой, но, зная Лерку и её постоянное, никому не нужное проявление помощи, я была не сильно удивлена новостью о том, что, вместо того, чтобы ехать на квартиру к Яне, мы опаздываем на встречу в «Зверев и Ко», чтобы потом отправиться в небольшой особняк Зарецкого, находящийся за городом, где и я, и Яна будем гостить до приезда Воропаевой, так как у «делового партнёра» затопили квартиру соседи сверху.
Верить в такие совпадения было, ну, уж очень трудно, однако несостыковка имелась: Валерия скорее руку отгрызла бы себе, чем обратилась за просьбой к своему «брату», разбившему девушке сердце, поэтому я предпочла ничего не говорить, в очередной раз, не переиначивая направление хода событий, не противясь его течению, внутренне удивляясь, насколько астрологический знак, всё-таки, влияет на поведение и выбор человека.
Сосредоточенной и невозмутимой я оставалась недолго.
Стоило мне переступить порог конференц-зала, куда нас проводила услужливая секретарша Зверева, почтенная Нина Фёдоровна, о чём говорил бейджик на её кофейного цвета пиджаке, всё резко поменялось.
Я утонула во взгляде чёрных глаз Руслана, на лице которого ни один мускул не дрогнул при виде меня.
В груди разгорелся настоящий пожар.
Стало трудно дышать…
«… да я вообще забыла, как это делается»!
Русик лишь спокойно откинулся на спинку кожаного стула и, с безразличием на лице, отвёл взгляд в сторону огромного окна на всю стену. Казалось, мужчина либо меня не узнал, либо до его сведения довели, кто сейчас приедет в компанию «Зверев и Ко».
— Ташкевич, проходи, садись, не стесняйся! — Андрей Зверев лучился радушием, но это мало помогало.
Моё сердце взбунтовалось против голоса разума, впервые избегая обработку мыслей обоих полушарий головного мозга и незамедлительно выдавая требуемое вслух:
— Моя фамилия — «Машкова», Андрей Дмитриевич. Рада познакомиться…
У Зверева изумлённо приподнялись брови, пока челюсть роняла свою нижнюю часть.
Яна нервно скосила глаза на Руслана, ожидая реакцию на мои слова, в то время как я смотрела на того прямым взглядом.
Ящеров спокойно поднялся, полностью игнорируя моё внимание и гробовую тишину конференц-зала, и невозмутимо направился в сторону выхода из него, бросив небрежно:
