Сейчас же от этого снега остались лишь небольшие лужи. Как будто его и не было.
Как и поцелуя.
Страх больно кольнул, возвращая меня в реальность из розовых грёз.
А что если я это все придумала? Что если это сон, навеянный влажными мыслями об учителе.
Но эти мысли тут же разбились вдребезги, стоило мне взглянуть на экран мобильного.
«Доброе утро».
Лишь два слова, которые снова окрылили меня, не дали утопить сомнениям. А ещё это означало, что вчерашний поцелуй не был простым порывом. Ведь вчерашним ошибкам не желают доброго утра, так?
Я включила энергичную музыку, наслаждаясь тем, что папы нет дома. Можно не стесняться ходить в нижнем белье, не убавлять громкость, чтобы не мешать.
Танцуя под музыку, я приготовила себе завтрак, сочетая остатки торта с ароматной глазуньей. Заварила растворимый кофе, которому всегда предпочитала чай. Но не сегодня.
После сытного завтрака я переместилась в свою комнату, чтобы собрать необходимые в поезд вещи. У меня уже были заранее куплены билеты, ведь эту поездку я ждала с самого переезда. Вот только если раньше я больше хотела вернуться, чтобы повидаться с друзьями и знакомыми, то сейчас у меня в приоритете стояла машина. И долгожданная встреча с бабушкой.
Почему мои приоритеты поменялись? Все просто: моя дружба с теми ребятами так и осталась в родном городе. Если по началу наше общение продолжалось, но было уже не таким частым, то потом звонки и сообщения стали настолько редкими и короткими, что их можно было и не считать. Я даже никому не написала о том, что завтра в полдень приеду в город и пробуду там почти три дня. Зачем, если все общение сошло на нет. Терпеть неловкие светские разговоры? Увольте!
Когда вещи были сложены, я решила выйти в магазин, чтобы купить себе что-нибудь из еды в поезд.
На улице сегодня было теплее, чем вчера. Я зажмурилась, подставляя лицо под яркие лучи солнца. Да, оно уже не так грело, как летом, но все же.
Не я одна наслаждалась погожим днём. Казалось, что людей на улицах стало в разы больше, словно все решили провести день на свежем воздухе. Малыши на детской площадке резвились, их звонкий смех был слышен на весь двор. Я увидела знакомую яркую куртку Павлуши и подошла поближе к детской площадке, надеясь увидеть там Женю. Но ее яркой шевелюры нигде не наблюдалось, и я решила проследить за Пашей, ведь не гуляет же он здесь один. Может он гуляет с их матерью?
Но нет, Павлуша скатился с горки, отряхнул штанишки и побежал к мужчине. Тот ловко подхватил его на руки и закружил в воздухе, от чего маленький мальчик звонко рассмеялся. Я улыбнулась этому зрелищу, вспоминая, как мой отец раньше делал точно так же со мной. Как всегда от этого захватывало дух, но при этом хотелось ещё.
Мальчишка тоже не хотел слезать с рук отца, и тот сдался ему. И что-то в этот момент щелкнуло, что заставило присмотреться к мужчине. Знакомая куртка, такие же джинсы.
Нет, не может же такого быть!
Тут же в голове всплыли слова Жени:
Мы с мамой жили одни, пока она с Васьком не познакомилась. Хороший мужик, да только странный немного.
Все совпадения складывались в мозаику.
Даже когда мама родила, он ничего не предпринял. Все так же приходил в гости, иногда ночевал. В Павлуше он души не чает, все для него делает.
Все в миг стало таким понятным, что я ужаснулась своему открытию.
Даже переехал сюда вслед за нами. Вроде снимает где-то квартиру.
Мы жили с Женей раньше в одном городе, ещё смеялись из-за того, что нас угораздило переехать одновременно в этот маленький город. Это было странно, но я не придавала этому значения, отвлекаясь на более важные вещи. А ведь все у меня было перед носом, только я этого не видела. Все его дежурства, вызовы на ремонт, задержки — все это было ложью!
Мой отец живет на две семьи! У него есть маленький ребёнок от другой женщины! И этот ребёнок родился, когда ещё мама была жива!
Черт!
Ноги подкосились, и я осела на бордюр, не замечая, что все покупки из пакета рассыпались рядом по земле. Слезы брызнули из глаз, и картинка счастливого отца и сына пошла рябью. В любом случае, я больше не хотела на них смотреть. Отец в миг мне стал противен.
Собрав продукты обратно в пакет, я пошла было в сторону дома, когда услышала его испуганный голос:
— Тася!
Я застыла на месте, собираясь с силами, чтобы обернуться. Чтобы посмотреть в глаза тому, кто разрушил нашу семью!
— Тась, пожалуйста! Я все могу объяснить!
— Что объяснить? — воскликнула я, замечая, как начали на нас коситься прохожие, поэтому подошла чуть ближе и заговорила чуть тише. — Это ведь твой сын? Ответь!
— Да, это мой сын, но все совсем не так!
— А как? — я вытерла слезы тыльной стороной руки, стараясь быть сильной в его глазах. — Еще скажи, что не спишь с его матерью, когда якобы уходишь на работу! Ты вообще работаешь?
— Конечно я работаю! — он держал за ладошку Пашу, который то и дело пытался от него убежать. — Я давно хотел тебе рассказать, но боялся твоей реакции. Пожалуйста, давай дома поговорим в спокойной обстановке?
— Я не хочу с тобой пока говорить, дай мне время.
Я кинула в него последний укоризненный взгляд и пошла домой.
