Еще в январе, когда как будто появились первые монгольские разъезды у границ Венгрии, король Бела IV приказал палатину Дионисию поставить заставы в Карпатах[1016]. 10 марта, будучи в Пеште, король получил известие о вторжении монголов через «Русские ворота» — Верецкий перевал в Венгрию. Судя по перечню военачальников, шедших в Венгрию, монгольские силы насчитывали десятки тысяч воинов. Рогериус называет Бохетура (in militia potentior Bohetor), Кадана (сына Огатая), а также «крупнейших королей из татар» Коактона (Coacton), Фейкана (Feycan), Пету (Peta), Гермеуса (Неrmeus), Кхеба (Cheb), Окадара (Ocadar)[1017]. У Плано Карпини упоминаются Батый, Кадан, Бурин, Сыбан, Буитек, Орду и притом замечено, что «все они были в Венгрии»[1018].
Кочевники хлынули в страну. Их летучие отряды жгли селения, убивали жителей. Другая рать прошла из Галичины, к югу: двигаясь через Трансильванию, она должна была отрезать Венгрию от Болгарии. Бохетур «вместе с другими вождями, переправившись через реку, именуемую Серет, вторглись в землю половецкого епископа и, победив людей, которые собрались на битву (речь идет о жителях Молдавии), приступили к ее полному завоеванию»[1019]. В борьбе молдавского народа с нашествием погибло и недолговечное половецкое епископство. Монголы Кадана прошли с боями через Родну (31 марта), Бестерце (2 апреля), заняли Колочвар и двинулись на Варадин[1020].
Король Бела IV энергично собирал в Пешт силы из разных городов — Секешфехервара, Эстергома и др.; сюда же привел хорватское войско герцог Кальман. Монгольские рати, встретив сопротивление горожан, разорили Ерлау и Кевешд. В начале апреля 60-тысячное войско Белы IV выступило из Пешта. Передовые монгольские отряды отошли. Королевские полки у р. Шайо встретились с неприятелем и стали лагерем, обнесенным кольцом сцепленных телег[1021]. Русский перебежчик из монгольского лагеря известил венгров о времени монгольского нападения. Венгерские воины, предводимые хорватским герцогом Кальманом и колочским архиепископом Уголином, отразили первый натиск и упорно сопротивлялись в двухчасовом сражении к северу от лагеря.
Однако нестойкость знати, враждебной королю, стала одной из важнейших причин поражения венгров в происшедшей 11 апреля 1241 г. (через два дня после Легницы!) битве при Шайо. Но все же часть венгерских сил сумела вырваться из окружения, двухдневный путь их отступления к Пешту был, по словам хрониста Рогериуса, устлан телами убитых; погибли и видные князья церкви — архиепископы — эстергомский Матиас, колочский Уголин, епископ трансильванский Рейнольд, Яков — епископ Нитры и др.[1022]
В Венгрии происходило то же, что и в других странах: простой народ защищал свои города даже вопреки распоряжениям правителей. Тяжелораненый Кальман, отступавший с остатками войска через Пешт, советовал горожанам не сопротивляться. Однако народ решил обороняться. Строительство укреплений не было завершено, когда враг осадил Пешт, но жители три дня защищали его. Пешт пал после штурма и подвергся опустошению. О нем с ужасом сообщает хронист, приводя свидетельства очевидцев грабежей и массовых убийств горожан[1023].
После упорных боев войскам Кадана удалось захватить Варадин, Арад, Перег, Егрес, Темешвар, Дьюлафехервар. О борьбе венгерского народа сохранились многие местные предания и легенды. Одна из таких легенд связана с обороной Варадина, который был тогда разрушен[1024]. По преданию, под этим городом якобы погиб сам Батый. Это предание около середины XV в. стало известно русским книжникам и отразилось в распространенной на Руси «Повести об убиении Батыя»[1025].
Завоевание монгольскими полчищами Руси, вторжение их в Польшу, Венгрию и другие земли вызвало панику в Европе. Баварский историк записал, что венгерское королевство, существовавшее 350 лет, ныне уничтожено[1026]. В Кельнской хронике монастыря св. Панталеона о татарах читаем: «Значительный страх перед этим варварским народом охватил отдаленные страны, не только Францию, но и Бургундию и Испанию, которым имя татар было дотоле неизвестно»[1027]. В средневековой истории Французского королевства сказано, что страх, вызванный монголами, повлек за собой застой торговли[1028]. Английский хронист Матвей Парижский (писавший до 1259 г.) сообщает, что на время прервалась торговля Англии с континентом, в частности торговля Ярмута сельдью с фризскими и готландскими купцами[1029], а в Германии даже распространилась молитва: «Господи, избави нас от ярости татар»[1030].
Некоторые зарубежные (особенно католические) историки пытаются утверждать, что западноевропейские правители, включая папу, в трогательном единодушии прилагали немалые усилия, чтобы помочь государствам, попавшим под удар монгольских захватчиков. Факты, однако, говорят о другом.
