В разделе «Продовольствие и товары» («Ши-хо») «Юань ши» приводится подробный список пожалованных уделов. Из него видно, что в уделах насчитывались десятки тысяч дворов, а иногда и больше. Например, Ариг-Буга (Али-Бугэ), брат Хубилая, вначале получил на кормление 80 тыс. дворов (1236 г.), а в 1281 г. — дополнительно 104 тыс.[1697] Иногда единовременное пожалование было еще крупнее. Так, Юй-цзун-хоу, младшему сыну Хубилая, было передано в 1281 г. в Южном Китае на кормление (для сбора налогов) 105 тыс. дворов[1698]. Были, однако, и такие уделы, которые включали несколько тысяч, а иногда сотни и даже десятки дворов[1699]. Строго говоря, такое землевладение, состоявшее из десятков дворов, нельзя назвать уделом. Но они были исключением.
В целом ряде случаев в источниках указываются пожалования не территории с людьми (количество дворов), а земельной площади определенного размера, иногда же просто пожалования земель без уточнения размеров. Это делает невозможным точный подсчет таких пожалований и установление удельного веса землевладения знати в масштабах всей страны. Приведем примеры. Монгольскому вельможе Баяну дважды жаловались поля: в 1326 г. — 5 тыс. цин в Хэнани[1700], в 1336 г. — земли, ранее принадлежавшие принцессе Нулунь-инь-чжэсы, тоже 5 тыс. цин[1701]. Наряду с этим Баян получил еще 40 тыс. дворов, собирающих жемчуг[1702]. Полководец Чаган неоднократно награждался пожалованиями. Когда на престол взошел Мэнгу (Сянь-цзун) в 1251 г., Чагану кроме золота и узорного шелка были отданы на кормление свыше 3 тыс. дворов[1703] и еще в разных местах луга (
Трудно установить, на каких условиях жаловались монгольской знати земли в дополнение к уделам, но, по-видимому, как и в основных уделах, с крестьян, обрабатывавших эти земли, знать взимала налоги.
По своему социальному характеру удельное землевладение — крупная феодальная условная земельная собственность знати. Хотя уделы предназначались в наследственное владение, государство в лице монгольских ханов могло конфисковать эту территорию и передать ее другим[1707]. В то же время центральная власть Юаньской империи осуществляла контроль над взиманием налогов в уделах, сдерживая их владельцев от самовольных поборов. И хотя хозяева этой земли относительно свободно распоряжались ею и могли передавать ее родственникам, все же их права были ограничены.
Так, не удалось найти в источниках данных о продаже уделов. И это вполне естественно, так как приобретавший «территорию в кормление» имел право взимать налоги с населения, но не свободно распоряжаться землей как частной собственностью. В этом особенность условного удельного землевладения юаньского периода. Вот почему мы не согласны с Мэн Сы-мином, который, основываясь на том, что владельцы уделов дарили землю своим родственникам[1708], утверждает, будто земли уделов являлись частными. Как известно, условная земельная собственность феодалов во многих странах в различные эпохи передавалась по наследству и могла быть подарена.
О том, что владельцы уделов приобретали право на взимание налогов, косвенно свидетельствуют многие записи в китайских летописях, заключенные в такие формулы: «Передать вану Тачару погодовой (ежегодный) налог с пожалованной территории Иду-Пинчжоу»[1709]. Или: «Пожаловать принцессе Мангутай налоги с полей в округе Синин»[1710].
Право знати на сбор налогов в уделах подтверждают и данные главы «Погодовые пожалования» в «Юань ши». Хотя вся глава посвящена пожалованию уделов, в ней. нет даже упоминания о земле[1711], а речь идет о количестве переданных в разное время представителям знати крестьянских дворов и о размерах годовых пожалований, другими словами, — о сумме ежегодного налога в пользу владельцев уделов. Причем, как правило, говорится о налоге серебром с каждого двора и шелковой пряжей (налог шелковой пряжей с пяти дворов —
