Общую численность населения Монголии того времени можно определить только приблизительно. В «Тайной истории монголов» сообщается, что Чингис-хан после своего вступления на ханский престол в 1206 г. роздал своим родственникам и сподвижникам во владение 95 «тысяч»[1957], т. е. единиц, каждая из которых могла выставить тысячу воинов. Рашид ад-Дин говорит, что собственно монгольские войска, принадлежавшие Чингис-хану и его родственникам, составляли 129 тыс. человек[1958]. Учитывая, что в «Тайной истории монголов» часто обнаруживается путаница в тех случаях, когда дело касается точных чисел, можно брать за основу данные Рашид ад-Дина, который, по его словам, устанавливал численность монгольских войск путем тщательного исследования монгольского источника «Алтай дэбтэр» и какого-то «основного списка» монгольских тысяч[1959]. Как показывает просмотр списка «тысяч», содержавшегося у Рашид ад-Дина, онгуты не включены в состав монгольских войск, распределенных между родственниками Чингис-хана. По данным Рашид ад-Дина, их было четыре тысячи кибиток[1960]. Но в «Шэн-у цинь-чжэн лу» сообщается, что в 1218 г. онгуты выставили 10 тыс. всадников для участия в походах в Китае под командованием полководца Чингис-хана Мухали[1961]. Если брать последнюю цифру, то во времена Чингис-хана монгольские войска составляли 139 тыс. человек. Это, разумеется, очень приблизительное число, но оно дает все же какое-то представление. Если исходить из принятого для древних кочевых народов Центральной Азии, в частности сюнну, соотношения между числом воинов и общей численностью населения 1:5[1962], то в государстве Чингис-хана одни лишь охваченные «тысячной» административной системой, т. е. подчиненные единому хану, монголы составляли 695 тыс. человек, не считая различных, в том числе монгольских, племен северных, лесных районов и тюркских народов. Соотношение 1:5 для того времени вполне реально. Оно для монголов могло быть даже больше, если допустить, что не все мужчины становились воинами. По-видимому, не все монголы были охвачены военной организацией Чингис-хана. Учитывая неразвитость транспортных средств и сообщений того времени, можно сказать, что в наиболее дальних или труднодоступных районах наверняка оставались те или иные, скорее всего небольшие, родо-племенные объединения, не вошедшие в тысячи и не принявшие участия в военных предприятиях. Например, мы не имеем сведений о вхождении в эти тысячи многочисленных племен, покоренных в 1207 г. старшим сыном хана — Джучи[1963]. В самой Монголии часть населения также оставалась вне военной организации государства. В связи с описанием похода против Цзинь в 1211 г. Рашид ад-Дин пишет, что тогда хан оставил у себя в тылу в Монголии своего полководца Токучара во главе 2 тыс. всадников «в целях безопасности от племен монгол, кераит, найман и других»[1964]. Очевидно, были и другие такие племена. Поэтому во времена Чингис-хана монголов, вероятно, было больше, чем 695 тыс. человек. Данные источников говорят о том, что тогда они были здоровым, многочисленным народом. Судя по тому, как часто в «Тайной истории монголов», у Рашид ад-Дина и в «Юань ши» сообщается о лицах, имевших по пять и более только сыновей, рождаемость у них была высокой[1965]. В дальнейшем численность монголов, судя по отдельным сообщениям источников, еще больше возросла. Так, касаясь выделенного Чингис-ханом удела племянника последнего — Элджидая (= Элджигидэй), состоявшего главным образом из найманов, урянкатов и татар и первоначально насчитывавшего 3 тыс. человек, Рашид ад-Дин замечает: «В настоящее время (в начале XIV в. —
