Но весьма внушительная часть монголов, проживавшая на территории Китая, там так и осталась. Еще при Угэдэй-хане, в 1236 г., ханские родственники получили уделы в покоренных областях Северного Китая в виде определенного числа китайских крестьян с обрабатываемыми ими землями. Многие уделы составляли целые округа и уезды[2000]. Хотя вопрос о том, как эксплуатировались эти владения, изучен недостаточно, но в источниках имеются отдельные указания на то, что некоторые представители знати, очевидно со своими людьми, во времена Угэдэя уже постоянно поселялись там[2001]. В Китай, так же как в покоренные области Ирана, Средней Азии и других стран, отправлялись постоянные военные гарнизоны для охраны порядка. С 60-х годов XIII в., когда столица империи была перенесена в Китай, туда переехало много людей Толуя, теперь перешедших во владение его сына Хубилая (юаньский император, 1260–1294). Они рассеялись по всей территории страны, но особенно сконцентрировались в районе столицы империи и на границах. Большинство их так и не вернулись в Монголию после изгнания юаньского двора из Дайлу в 1368 г. в результате решительных побед китайских повстанцев под руководством Чжу Юань-чжана, первого минского императора. Часть монголов, по-видимому, погибла в борьбе с китайскими повстанцами, продолжавшейся свыше 15 лет. Другая часть осталась жить на окраинах китайской империи Мин (1368–1644), не включавшей тогда всей территории современной Внутренней Монголии. Китайские источники не приводят данных об общей численности монголов в Китае[2002]. Поэтому здесь обратимся к монгольским источникам. Хотя позднейшие монгольские летописи часто излагают различные легенды, а факты и цифры передают весьма и весьма приблизительно, но и в этих сочинениях мы находим отражение того катастрофического сокращения численности монголов в результате военных поражений в Китае и окончательного изгнания их из этой страны. Так, в самой ранней летописи «Алтай тобчи» (1604) сообщается, что последний монгольский император Тогон-Тэмур [по китайскому храмовому имени Хуй-цзун (монг. Uqayatu qayan) и Шунь-ди; род. в 1320, вступил на трон в 1333 г. и умер в 1370 г.] в 1368 г. бежал из Дайду со 100 тыс. воинов, покинув на произвол судьбы 300 тыс. своих соотечественников[2003]. Тогон-Тэмур несколько ранее говорит, что он в Дайду управлял 400 тыс. монголов[2004]. В «Шара Туджи» (середина XVII в.) мы читаем: «Ухагату-каган (т. е. Тогон-Тэмур. — H. М.) [со своими людьми] вышел, рубясь, через  ворота Молтосун. Из 40 туменов монголов вышли [лишь] шесть туменов. Тридцать четыре тумена были задержаны [и] остались. [Ухагат-хаган], собрав свои вышедшие шесть туменов, дошел до берегов Кэрулена, выстроил город Барс-хото [и там], царствуя, скончался в год собаки пятидесяти трех лет от роду»[2005]. Автор «Эрдени-йин тобчи» (1662) Саган Сэцэн также почти дословно повторяет сведения, содержащиеся в «Шара Туджи»[2006]. Эти данные, очевидно, взяты им из «Шара Туджи». Саган Сэцэн называет ее в колофоне сочинения среди источников[2007].

В указанных монгольских летописях, очевидно, нашло, отражение положение монгольских войск, расквартированных только в столичной провинции, и тех уцелевших монголов, которые бежали в эту провинцию из районов, занятых повстанцами. Монголы, находившиеся на службе по охране границ на окраинах Китая на юге и западе, так и остались на местах.

В результате захвата обширных областей на Западе и оккупации Китая население собственно Монголии еще больше рассеялось и численно уменьшилось, несмотря на значительный общий прирост. Это было одним из последствий монгольских завоеваний, отрицательно сказавшихся на дальнейшем развитии экономики и культуры монголов.

<p>Н. Ц. Мункуев</p><p>Новые материалы о положении монгольских аратов в XIII–XIV вв.</p><empty-line></empty-line>
Перейти на страницу:

Поиск

Похожие книги