— Нет. Там составили… как ее… комиссию посредническую, чтоб уладить сор. Нас еще не спрашивали. Да и не много толку будет, даже если спросят… Раньше, чем подумать о нас, они удовлетворят жалобу Мемиш-ага. Он каждый день ездит в Карасубазар. Теперь он, наверное, прибрал там всех к рукам. Грозная опасность нависла над нами. Мы останемся без хлеба и без крыши над головами. Мы не придаем значения уловкам Мемиш-ага и чего то ждем, забыв, что хной красятся к празднику. В открытый рот попадет огонь… Нам уже горячо. Мемиш-ага мало того, что он уже утащил, он хочет стать еще хозяином над всеми нами. И станет, если аллах допустит это… Но как сделать, чтобы этот негодяй сам попал в яму, которую он роет для общества? Досточтимый Ресуль-эфенди! Нам нужен человек, чтобы учил нас! Нам нужен поводырь! И мы пришли к вам… просить вас…
Глубокое раздумье охватило Ресуль-эфенди. Что делать несчастным? До беды в самом деле недалеко. Можно было не сомневаться, Мемиш-ага добьется своего и заставит крестьян расстаться со своим добром.
Хорошего настроения как не было. Сердце встревожилось и наполнилось гневом на всеобщего обидчика и притеснителя.
И он стал упорно думать, что же предпринять, чтобы расстроить козни этого безжалостного человека…
Второй из близнецов, как бы отвечая ему, спросил:
— Не окажет ли нам свою помощь муфти-эфенди?
— Да, да, — горячо откликнулся мулла, — надо немного подождать. Он приедет и совместно с ним мы что-нибудь придумаем.
И уже весь во власти желания осилить грозного поработителя деревни и своего личного врага, Ресуль-эфенди спросил:
— Много ли таких, у которых нет купчих крепостей?
— Аллах его ведает, — сказал второй из близнецов. — Да их, наверное, потеряли и те, что имели.
Вмешался Азамат-акай и с горечью сказал:
— Виданное ли дело, чтобы на собственную землю иметь купчую крепость. У нас, татар, такого обычая никогда не было! Отцы и деды наши владели этой землей без всяких бумаг. Даже когда случалось продать или купить землю, со всякими там бумагами вовсе не считались. Было слово у людей. Это теперь мода на бумаги… — И разгорячившись от обиды, переполнившей сердце, Азамат-акай, не сдержавшись, закричал:
— Но дает ли это право Мемиш-ага захватывать наши земли?! Разве это справедливо?!
Никто не удивился его крику.
— Без документов нам будет трудновато отстаивать, — задумчиво сказал Ресуль-эфенди.
Азамат-акай продолжал с отчаянием в голосе:
— Но ведь таких документов у Мемиш-ага тоже нет!
— Он найдет…
Эти слова так и резанули всех. Этого можно было ожидать. Различными махинациями Мемиш-ага уже сумел захватить землю нескольких крестьян и превратить их в издольщиков. А другие, сильно задолжав ему, были накануне полного закабаления.
Второй из близнецов в смятении сказал:
— Да, он найдет!! Этому можно поверить! Боже, сохрани нас от насилия этого злого человека. Ресуль-эфенди, укажите нам путь, дайте нам совет! Вы ученый, мы вам верим!.. Мы собираем все старые документы… Завтра мы хотим разобрать стену, где должен быть ярлык, аллах да простит нас, ведь со дня смерти старика уже прошло десять дней!..
Узнав, что эта важная бумага находится еще не на руках, Ресуль-эфенди забеспокоился.
— Надо скорее забрать ярлык из стены. Завтра же! Мы сделаем это перед членами комиссии, они засвидетельствуют нахождение ярлыка. Это нельзя откладывать! Не охраняемое добро едят черви… Сегодня же вечером отправимся в Карасубазар за комиссией. Нужна подвода.
Крестьяне переглянулись. Хотя в деревне и имелись лошади, но ни фаэтона, ни даже крытой линейки не нашлось бы. Ресуль-эфенди вспомнил об экипаже, виденном им во дворе муфти. Он сказал:
— Хорошо, сами пойдем пешком, а для комиссии наймем подводу…
Он достал из шкафа красный платок, в один угол которого были завернуты деньги. Все встали. Ресуль-эфенди и близнецы тотчас же отправились в путь. Когда они вышли на почтовую дорогу, был уже вечер. Ресуль-эфенди взглянул на небо: близилась ночь темная, без луны, без звезд…
Возвратившись домой, Азамат-акай спросил у жены Кериме:
— Где Алим? Он еще не вернулся?
Кериме-татай, стараясь спрятать слезы, ответила:
— Нет еще.
И не выдержав, запричитала:
— Где он, мой ненаглядный сынок, куда подевался он, мой мальчик.
Уже три дня прошло, как исчез Алим. Всех расспрашивала о нем, но никто ничего не знал. Чего только не передумала за эти три дня и три ночи Кериме-татай! Она даже сама пугалась своих мыслей. Резвость Алима всегда доставляла ей тревогу. Ей казалось, что он упал в колодец или его ударила молния в ливень, прошедший недавно, или он погиб в бурных потоках… С усилием отогнав свои страхи, Кериме-татай усердно помолилась, но сердце ее так и не успокоилось.
— Алим не пропадет, — успокаивал Азамат-акай жену. — Мальчик не из таких…
Чтобы отвлечь жену от тягостных размышлений, он принялся рассказывать:
— Сегодня Ресуль-эфенди вернулся из города. Он беседовал с самим муфти-эфенди!.. Слушай, жена, осенью Алима отправят в Стамбул учиться. Вот оно, счастье! Какому бедняку выпало такое! Не плачь, а радуйся…
Но Кериме-татай сказала:
— Пусть бы он хоть теперь вернулся домой.
