Олег Баринов как раз только что вернулся из Канады и сразу же отправился к любимой дочери, по которой успел соскучиться. Хотелось заодно и посмотреть, как она устроилась на новой квартире. Приехал он отнюдь не с пустыми руками - а как же, не приходить же без подарков, да и давно пора обустраивать Татьянино жилище. А то - считай, голые стены, никакой индивидуальности, ну как можно так жить!
- Спасибо, папочка,- щебетала Татьяна, с восторгом разглядывая щедрые отцовские подношения.- Ой, как красиво! Вот это я сюда повешу… А эту рамочку - на ту стену, она здесь будет кстати!
- Ещё бы, а то твоя мать квартиру обустраивала как какой-то гостиничный номер…
- Пап, я что хотела спросить… У тебя ведь есть возможность, чтобы получать гранты на образование за рубежом, правда? Например, чтобы можно было годик где-нибудь, например, в Бельгии, проучиться? Сменить обстановку, набраться нового опыта…
- Ты закончила? - настроение Баринова резко переменилось к худшему.- А теперь послушай меня. Даже не думай! Я для тебя палец о палец не ударю, хватит валять дурака! Или здесь учись, или нигде, но в таком случае на меня можешь ни в чём не рассчитывать!
Татьяна в ответ вдруг весело рассмеялась, к полнейшему недоумению отца.
- Ты решил, что я для себя прошу?! Да ничего подобного, папочка, мне и здесь отлично. Это насчёт Тани Разбежкиной. Понимаешь, у неё тут всё плохо складывается, вот она и решила уехать, но не может определиться, куда именно, а я ей обещала помочь.
- Я даже не знаю, что и сказать. С грантами история сложная и долгая. Но у меня есть дружественная компания в Норильске, только… В Норильск же она не поедет!
- Ещё как поедет,- возразила Татьяна.- А можно это устроить как-нибудь побыстрее?
Баринова не ошиблась. Уже на следующий лень, услышав от подруги о своей пока единственной перспективе, Таня решительно согласилась:
- Очень хорошо. Недаром говорят - уехать на край света. Мне как раз туда и нужно. Ой, только что я Горину скажу? Как быть с работой, вдруг он меня не отпустит?
- Не волнуйся, этот вопрос я уже утрясла,- улыбнулась Баринова.- Горин в курсе. Билет и жилье - за его счёт, а если ему нужен человек на твоё место, так он может взять меня. Так что всё в порядке, главное, чтобы ты была не против, всё-таки Норильск, это как-то…
- Ничего ужасного, везде люди живут,- заверила её Разбежкина, для которой, действительно, всё самое страшное уже произошло, и ничего хуже она не могла себе представить.
Таня ещё не знала, как глубоко она заблуждается…
- Мать вот не понимает, как ты так можешь.- Галина принялась помогать Тане мыть холодильник.- Бросить всё, Москву, снова куда-то сорваться… А мне это, наоборот, очень близко. Я сама не знаю, куда себя деть, когда на тебя все смотрят как на какую-то убогую. Вроде бы сочувствуют, но от этого только хуже и больнее. И вправду, единственный вариант - начать новую жизнь.
- Ой, Галя, но, с другой стороны, не такие уж мы с тобой разнесчастные,- возразила Таня, не желая поддерживать пессимистическое настроение сестры.- А что? Молодые, здоровые, руки-ноги целы. Вон сколько людей, которые по-настоящему страдают, только вокруг оглянись. Нам ещё грех жаловаться!
Галина посмотрела на неё так пристально, будто Таня только что изрекла некую чрезвычайно важную истину, медленно кивнула и глубоко задумалась, опустив руки. Таня хотела было что-то добавить, но тут Виктор недовольным тоном окликнул её из прихожей:
- Татьяна, к тебе тут опять визитер. И неймётся же им никак!
- Тебя Сергей прислал? - холодно спросила Таня пришедшего Мишу.
- Да он хотел сам, только не смог - только из больницы выписался, ему совсем плохо. Он звонил тебе, звонил, а ты трубку не берёшь. Жалко парня, он же мучается, потому что любит тебя. Знаешь, если бы меня так любили, я бы не смог быть настолько жестоким!
- Ну, у тебя всё впереди. Тебя обязательно кто-нибудь полюбит, и не так, а по-настоящему. Но ты зря пришёл, скажи Серёже, что тут уже ничего нельзя исправить…
Верила ли сама Таня своим категоричным словам?… Ах, если бы только она могла действительно выбросить Сергея из головы, ей было бы гораздо легче. А тот с утра предпринял собственную атаку, подошёл к ней в офисе.
- Миша вчера сказал, что ты на ногах не стоишь,- бесстрастно заметила Таня.
- Так и есть, мне и сегодня не лучше, но я не мог по-другому. Я же умираю без тебя! И что это за ерунда насчёт отъезда?
- Не ерунда, Серёжа. Я действительно уезжаю в Норильск, причём очень скоро. Всё уже решено, сделанного не изменить. Таня Баринова мне помогла через отца.
- И ты, конечно, ей до смерти благодарна! Ну скажи, почему ты ей так безоговорочно веришь? С чего ты взяла, будто она искренне о тебе заботится?!
- Потому что вижу. Я бы хотела верить тебе, да вот не получается. Уж извини. Меня ждёт Горин, иди занимайся своими делами, Сережа…
Неужели она уже научилась не плакать, когда видит его?
- Серёжа, ты не забываешь принимать таблетки, которые тебе дали в больнице? Что-то вид у тебя совсем больной!
Сергей не отозвался. Говорить с Бариновой было просто выше его сил.
