Когда Олег сделал свое дело, то долго лежал и обнимал ее. Он целовал ее губы и лицо, по которому катились слезы. Через некоторое время, обнявшись, они заснули.
– Уважаемые космонавты, – прозвучал голос искусственного интеллекта. – Просьба закончить все свои дела и лечь обратно в криокапсулы для вхождения в стазис. Следующий подъем будет через пятнадцать лет вблизи планеты «Земля два».
Первым он снова положил Тациту. Он поцеловал ее в губы и долго гладил по голове.
– До встречи, любимая. Через пятнадцать лет мы проснемся и снова увидимся. И больше уже не будем расставаться на такое долгое время.
Лежа в своей капсуле и чувствуя как его тело становится холодным, Олегом овладел страх, что на этот раз он не проснется.
Олег открыл рот и попытался сделать вдох. Проснувшись, он снова не мог дышать. Он захлебывался в своих выделениях и подступившей горечи. Из легких вместе с кашлем выходила слизь. Как только он остановил рвоту и сделал всю разминку, он сразу запустил программу разморозки Тациты.
– Доброе утро, любимая.
Тацита ничего не ответила. Олег взял ее за руку и почувствовал, что она ледяная. Посмотрев на датчики, он весь задрожал. Датчики показали, что она жива.
– Слава Богу… – в хриплом голосе слышалось облегчение и счастье. – Ничего, ты скоро согреешься.
Если он все правильно помнил, то теперь они должны уже быть вблизи орбиты «Земля два». Спустя несколько часов совместной разминки и косметических процедур Олег с Тацитой пошли на главную палубу.
Стазис замедлял все жизненные процессы и все члены команды выглядели по-прежнему молодыми. Еще трое не проснулись.
– Итак, нас осталось пятеро, – сказал китаец низенького роста.
– Не так я представлял себе этот полет, – сказал Олег. – Зато по возрасту мы дедушки, а выглядим по-прежнему как мальчики.
– Ага, – согласился самый старший из космонавтов. – А что еще более странно, так это то, что за тридцать лет совместного полета мы так с вами и не познакомились.
– Ну, ничего, – сказал афроамериканец с акцентом, на ломаном русском. Он сидел прямо на полу, прикрепив себя магнитами. За него держалась и парила, в условиях отсутствия гравитации на палубе, его Тацита. – Еще будет время. Все познакомимся на поверхности «Земли два».
Трех не проснувшихся космонавтов отнесли в камеру для хранения тел и заморозили. С большим сомнением усыпили их Тацит и также отнесли в эту камеру.
Олег повернулся в сторону главного компьютера:
– Бортпроводник, сколько нам еще осталось лететь?
– Примерное время прибытия составляет тридцать лет.
– Это я знаю. Тридцать лет мы должны были лететь с Земли до «Земли два». Я спрашиваю сколько времени осталось нашему кораблю до прибытия на «Землю два»?
Все космонавты замерли.
– Тридцать лет, – повторил искусственный интеллект.
Олег подумал, что искусственный интеллект его не понимает. Он подошел к компьютеру и открыл панель маршрута. То, что он увидел, подвергло всех космонавтов в шок.
На панели было показано, что время до прибытия действительно составляло тридцать лет. А их корабль проделал только половину пути.
Всему виной была не учтенная гравитация черных дыр. Корабль так и не смог разогнаться до рассчитанного предела и продолжал путь со скоростью в два раза меньше положенной.
Началась неразбериха. Все космонавты на мгновение поддались панике. Когда взяли себя в руки, начали рассчитывать как им всем вместе выжить в появившихся дополнительных тридцати годах полета.
Снова засыпать в капсулах для криосна было слишком опасно. Большой риск умереть во время стазиса еще большей части команды было недопустимо. Для завершения миссии нужды были два здоровых человека. А еще из дополнительных тридцати лет стазиса мог не выйти никто.
Тюбиков с едой было недостаточно, поэтому было принято решение питаться подаваемым через трубки в криокапсулах питательным материалом. Он хоть был и безвкусный, но жизнь в организме поддерживал.
Спасением так же стало созданное учеными хранилище с резервным запасом пищевого волокна.
Новости с Земли были таковы, что люди уже создали шаттлы-ковчеги и ждали от космонавтов хоть каких-то новостей. А поверхность Земли больше не была пригодна для существования человека. Все живые организмы, жившие на поверхности, вымерли.
За появившееся дополнительное время все космонавты перезнакомились и стали друг к другу привыкать, а их Тациты становились их полноправными женами.
Олег не мог представить, что будет так счастлив с кем-то еще, кроме своей жены. Он не испытывал ни к кому таких сильных чувств, после того как она умерла. Кроме того, Олег не был уверен, что сможет предаваться такой сильной любви с кем-то еще, как когда-то предавался с женой.
Он и Тацита снова и снова любили друг друга. Они предавались всем тем любовным желаниям, о которых только мечтают мужчины и женщины, не имея возможности или смелости быть друг с другом достаточно откровенными в своих желаниях.
Постепенно начав жить в счастье и блаженстве со своей Тацитой, Олег даже стал забывать о Земле. Он стал забывать о своей миссии.
