Нельзя сказать, что я какой-то трус – со мной и не такое бывало, чего только стоила та погоня с двумя машинами копов на хвосте – но ей я не доверяю совсем. Ни единой секунды. Поэтому я как можно сильнее вжался в сиденье, пока дома мелькали мимо меня с невероятной скоростью.
Вдалеке я замечаю знак стоп. Я гляжу на львицу, она же смотрит прямо вперед, но, кажется, будто не замечает его и не сбрасывает скорость. Перекресток стремительно приближается, и я уже вижу, какое оживленное на перпендикулярной нам улице движение. А Елена будто и вовсе не собирается нажимать на педаль тормоза. Я начинаю нервничать.
Вот знак стоп уже в нескольких секундах езды от нас, и я покрепче хватаюсь за свое сиденье, как львица вдруг нажимает сразу на обе педали, чтобы остановить машину. Я резко подаюсь вперед под гудение клаксонов других машин.
Я пнул слегка бардачок, и она, вздрогнув от неожиданности, повернулась ко мне. Этот писк от ремня уже начал конкретно действовать мне на нервы.
– Ну? Пристегнешь ты свой ремень или нет? – очень спокойно интересуется она.
Я сердито хватаю эту черную ленту, резко засовываю ее в замок и слышу характерный защелкивающийся звук.
Львица улыбается и наигранно похлопывает ресничками.
– Ты так быстро все понимаешь, жаль только, что объяснять приходится долго…
Она переключилась на первую скорость, посмотрела по сторонам, пропустила проезжающую мимо машину, убедилась, что движение полностью безопасно и только тогда тронулась с места.
Весь оставшийся путь мы ехали нормально.
Мне очень жарко, и я не понимаю ничего из того, что написано на приборной панели ее космического корабля.
Но, глядя на львицу, я думаю, жара ее совершенно не беспокоит. На ней все еще огромный страшный свитер и слишком большие для нее джинсы. Она человек вообще? Потому что любое человеческое существо умрет от жары, если его так одеть.
– Хватит пялиться на меня, извращенец, – вдруг произносит она.
Вздрагиваю и резко отворачиваюсь к окну: я вовсе на нее не пялился. Совсем нет.
После десяти минут дороги, проведенных в полной тишине, она припарковалась на большой стоянке около какого-то склада. Заглушила мотор и быстро вышла из машины.
Я замечаю еще один синяк у нее на спине. Сжав зубы, тоже выхожу из машины с логотипом в виде льва на бампере.
Между прочим, этот резвый водитель бежит уже на несколько метров впереди меня. Заходит в магазин и тут же исчезает.
Достаю из кармана сигареты, прислоняюсь к витрине и решаю закурить. Зажигалка сработала с первого раза. Когда рядом нет львицы, я чувствую себя не так подавленно.
Затянувшись поглубже сигаретным дымом, я закрыл глаза и наслаждался этим маленьким островком тени.
– Вот ты где! Что ты здесь делаешь?
Открываю глаза и готов убить ее взглядом. Но ей от этого было ни жарко, ни холодно. Она подошла ко мне, выхватила мою сигарету и со злостью бросила ее на землю.
– У меня нет никакого желания провести здесь весь день, так что, давай, пошли, – говорит она мне, перед тем как развернуться обратно.
Я тяжело вздохнул и, собрав в кулак всю свою силу воли, зашел в магазин. Сделав несколько шагов в сторону львицы, которая уже стояла и ждала меня, я почувствовал, что кто-то стоит у меня за спиной. Вот почему я терпеть не могу ходить по магазинам: охранники тут же начинают следовать за мной по пятам, как голодные псы.
У меня что, на лбу что ли написано, что я вор, или как?
Прячу руки поглубже в карманы и делаю вид, что не замечаю двух огромных парней, которые издалека следят за нами. Львица же, казалось, их даже не увидела. Сразу видно, за ней никто никогда не следил. И я на сто процентов уверен, что следят они именно за мной. Не знаю, чего они боятся? Что я украду банку краски? Меня ужасно бесит уже тот факт, что я нахожусь здесь с этой сумасшедшей, а тут и еще они.
Елена начала говорить сама с собой, как только мы сюда зашли. Может, конечно, это она ко мне обращается, но я все равно ее не слушаю. Как бы то ни было, говорит она все равно всегда только какую-то бесполезную ерунду.
Мы идем вперед по самому центру магазина. Многие смотрят на нас с любопытством, но быстро отводят взгляды. Вроде бы уже привык к этому, но это по-прежнему раздражает.
– Ты меня слушаешь вообще? – львица толкает меня локтем в бок.
