– Я не пью. – Я скрестила руки и отошла назад, но Рейгаль уже был рядом и настойчиво довел меня до стола.
– Знаю, но бокал тебе не помешает.
Я поболтала вино, наблюдая, как бордовая жидкость растекается по стеклу, вдохнула его аромат, сделала глоток, чтобы оценить букет, и кивнула Рею:
– Семь из десяти, но в целом неплохо.
Запеченная рыба не дотягивала и до пяти, повар ее пересушил и насыпал столько приправ, что во рту горело, зато овощи под сладковатым соусом порадовали. Рейгаль опустошил свою тарелку за считаные минуты, затем выпил стакан сока и не притронулся к вину.
– Думаю, тебе лучше переждать в Хелькторе, пока я разбираюсь со своими врагами.
– О, их уже несколько?
– В меня стреляли и пытались взорвать. Зверь бы при этом погиб, что не похоже на собирателя, значит, в дело влез кто-то другой. Тот, кто убил льва, Невену, затем переключился на меня. К собирателю я тогда если и подобрался, то на пару шагов ближе, чем Йен. Сейчас даже не знаю, с чего нужно начать.
Я знала. Тот самый артефакт, который кому-то передала Невена, и ее слова о зле в нашей крови. Но выкладывать это Рейгалю? Пока никаких четких доказательств у меня нет, одни смутные догадки насчет Бренды.
– Я уже привыкла к «Лунной кошке», а среди ведьм буду чувствовать себя неуютно, прости. И мне бы хотелось снова переговорить с бургомистром.
Не помню, как пила вино, но бокал опустел, а Рейгаль поспешил его заново наполнить.
– Хорошо, утром отправим письмо Йену с просьбой о встрече. Но ты никуда не полезешь сама. Я не хочу, чтобы тебя снова похитили.
– И я не хочу, поверь.
– Больше этого не случится.
Рей положил руку поверх моей и улыбнулся, затем описал круг большим пальцем, от чего меня бросило в жар сильнее, чем при поцелуе.
Столько девушек! Наверняка Рейгаль умеет их соблазнять. Безо всякой магии, в отличие от Драммонда. И сейчас вовсю пользуется отточенными навыками. Поэтому я пожаловалась на усталость и встала из-за стола.
Рей сразу же оказался рядом и помог отодвинуть стул.
– Эй, если не захочешь, ничего не будет, убегать совсем не обязательно. И почему ты так боишься мужчин?
Послушал бы он рассказы моей мамы, тоже бы боялся. Не мужчин, конечно, а телесной близости, но… Но сейчас я смотрела на Рея и не верила, что ее слова правдивы. Все эти девушки не стали бы проводить с ним время, если бы это приносило боль и страдание. Наверное.
– Тебе же понравилось целоваться? – Он снял налипшую прядь с моего лица, снова положил руку на затылок и потянул к себе. – Поверь, остальное не хуже.
Смотреть на него, задирая голову, было неудобно, поэтому я прикрыла глаза и, кажется, сама потянулась за следующим поцелуем. Рейгаль напирал так, что мне не хватало воздуха, а сердце отчаянно стучало, разгоняя кровь. Стало так жарко, что я благодарно выдохнула, когда Рей потянул в стороны полы моего халата, обнажая ключицы и плечи. Сделав это, тут же наклонился и поцеловал точку где-то в основании шеи, отчего с моих губ сорвался стон.
– Теперь я слышу, что ты не притворяешься. Совсем не похоже на нашу брачную ночь, – хрипло проговорил он и снова впился мне в губы. Уже по-настоящему жадно, не давая и секунды передышки.
Неправильно было позволять ему заходить так далеко, но Рей был прав: это не походило на нашу брачную ночь. Тогда я дрожала от страха, сейчас по телу расползается совсем иная дрожь, волнами ползущая откуда-то из низа живота. Почему я так по-разному реагирую на одного и того же мужчину? Или это обычная похоть, присущая всем магам? Как же все запутано!
– Прости. – Я отпрянула и поправила халат. – Мне нужно время.
Рей просто кивнул, все еще выравнивая дыхание, но так и не отвел от меня взгляд.
– Отсюда можно отправить весточку в «Лунную кошку»? – спросила я, чтобы сменить тему, и отметила, как странно звучит голос, а губы будто опухли и саднят.
– Сам слетаю.
Он сложил руки на груди, распахнул, отчего те почернели и покрылись перьями, а Рей вслед за этим превратился в ворона и вылетел через окно.
От гостиницы до Хельктора было несколько минут лету, поэтому Рейгаль набрал высоту, любуясь ночной Дагрой, и позволил воздуху держать его без частых взмахов крыльями.
Холодный ночной ветер пришелся как нельзя кстати, потому что от поцелуев с Ребеккой все его внутренности превратились в огонь, сжигавший изнутри. Он хотел эту девушку. Целовать, стиснуть в объятиях, почувствовать ее горячее тело под своим, ловить ее стоны… Но еще сильнее он хотел, чтобы их отношения переросли во что-то большее, а для этого нужно все сделать правильно.
Он хотел собственную жену, но боялся спугнуть обычным поцелуем. Кому рассказать, так анекдот получится. Или это возмездие от богов за его невоздержанность в прошлом? Намек, что пора начинать думать головой и задвинуть подальше похоть и эгоистичное желание обладать Ребеккой? Соблазнить ее дело нехитрое, но надавить сейчас – значит перечеркнуть шанс на отношения в будущем, а это будет катастрофой.
