Через мгновение он уже человеком налил себе сока, выпил залпом и отправился в спальню. После недолгих сомнений я последовала за ним. Пускай расскажет, как дела в таверне, потом уже отдыхает.
Рей стоял возле зеркала и расстегивал пуговицы на рубашке, затем распахнул ее и отбросил в сторону. Я зацепилась взглядом за его шрам и нервно сглотнула. В самом деле темнее и шире, чем был у Винсента, к тому же расходится сверху и снизу на две полосы. Страшно представить, что случилось в ту ночь, если спасать Рея пришлось таким способом.
– Поможешь? – Он обернулся ко мне и протянул лист бумаги и ручку. – Надо зарисовать шрамы. Самому не разглядеть, а мне очень нужна точная схема, куда попали болты.
Рей-человек до сих пор нервировал меня и казался чужим, особенно сейчас, когда из одежды на нем остались только брюки, поэтому и предложение его не радовало.
– Есть вариант проще.
Я подошла ближе к зеркалу, подвигала край, проверяя, как оно крепится к стене, а Рей тут же подхватил его и помог снять.
– Теперь пойдем в мою спальню.
Он понятливо кивнул, перетащил тяжелую раму и поставил поперек на спинку стула, чтобы мне оставалось только придерживать его и вертеть. Рейгаль быстро встал между зеркалами и уставился на шрамы.
На спине остались только белые росчерки в местах, куда попали арбалетные болты. Целых семь, два из которых наверняка задели сердце, хотя тот парень в таверне говорил о четырех.
– Видишь, как расположены? – Рей покрутился немного, затем ссутулился, чтобы сильнее натянуть кожу. Тонкие шрамы будто расходились из одной точки. Слева их было больше всего, а в правую сторону попал всего один.
– Я все гадал, почему подпустил убийцу так близко и позволил ему столько раз выстрелить, а он выстрелил один раз, но из многозарядного арбалета. Такие иногда маскируют в стенах, как ловушку против воров.
На языке вертелся вопрос, кого же Рей пытался обокрасть, но я промолчала. Не знаю, что за события происходили здесь два года назад, возможно, он не так уж и виноват. По крайней мере, мне очень, очень хотелось в это верить.
– Бэкки, перескажи все ваши беседы с Драммондом. Так точно, как только сможешь, любые мелочи важны! – Он забрал зеркало, поставил его к стене и теперь нависал надо мной.
– Уверен? Мы не только погоду обсуждали.
– Слово в слово, Ребекка. Как-нибудь переживу его нелепые попытки соблазнения, а вот следующее покушение – вряд ли. Представь, что ты пошла к жрецу покаяться.
– Они замотаны в ткань с ног до головы, а ты…
Я указала на его голую грудь, но Рей невозмутимо стянул с кровати покрывало, накинул его на плечи и уселся поверх одеяла. Никаких шуточек или попыток поцеловать, значит, для него действительно важны эти детали. Я устроилась в кресле возле окна и начала рассказывать. Рей частенько перебивал меня, переспрашивал, а после новостей о кулоне подскочил на ноги и теперь задумчиво чесал подбородок.
– Надо переговорить с Йеном. Спокойной ночи, Бэкки!
На ходу он подскочил ко мне, чмокнул в щеку, улыбнулся и поцеловал уже по-настоящему, чувственно и неторопливо. И только после этого вышел из комнаты.
Утро в таверне шло своим чередом: я пыталась уследить за всем, Дилара будто приклеилась ко мне, компенсируя вчерашний промах, Рей тоже кружился неподалеку и рассказывал что-то Аните и Долорес.
– …После этого чары и разрушились, – резко закончил он, стоило мне подойти ближе.
– Вранье. – Долорес вытаращила глаза и поглядывала на нас с опаской. – Быть того не может.
– И я так думаю, – поддержала Анита. – Сковородкой небось шандарахнула, магия и испарилась. Помню, дед мой постоянно жаловался, что околдовали, поработили, задурили голову чарами… Бабка его только так и спасала. С одного замаха. Бывало, только потянется к шкафу, где эта сковорода лежит, а чары уже и того, пали. Иногда вместе с дедом. Хотя вот меня ни разу не околдовывали, даже интересно, как это. Надо будет попробовать. Только съездить за сковородой для начала.
– Мне кажется, тебя уже так расколдовывали, – Дилара задумчиво разглядывала официантку. – В детстве. Должны же быть причины для твоей… удивительности.
– А я типа от тебя чем-то отличаюсь? Три ноги там или голова не на туловище?
– Каждый цветок в саду уникален, и каждый помогает создавать общую картину. – Я встала между ними и попыталась загородить Аниту спиной.
– Это точно, но про расположение головы мне понравилось.
Я шикнула на Дилару и отправила девушек еще раз проверить все на кухне и открыть двери для гостей. Дальше все пошло своим чередом, хотя сильнее всего я переживала за Рейгаля. Вдруг решит проболтаться о нашей свадьбе, а я пока не готова к огласке. Осмыслить бы для начала и смириться! И уже потом решить, что делать со свалившимся на голову мужем.
Развестись, и как можно скорее. Это стало бы самым правильным решением. Отчего же тогда я не нахожу себе места, когда он болтает с другими девушками? А ведь Рей даже не пытался флиртовать с ними.
И губы до сих пор горят от его вчерашних поцелуев… Наверное, я самая слабая девушка в мире, если не могу твердо ответить «нет» этому пройдохе.
