- Я сниму и возьму себе экономку. Мы создадим спокойную, уютную жизнь. Я рассказывала консулу и его жене о случае в Джульфе, описала дома, где мы бывали в гостях, незабываемые дни, проведенные в Ливарджане. Я не могу передать, до чего они довольны вами и как интересуются знакомством с вами. Они поручили мне организовать в ближайшее время званый обед и познакомить вас с ними.
- При случае мы пригласим их и познакомимся.
- Я буду ждать завтра обещанных вами людей. Вопрос этот надо разрешить как можно скорее.
- Хорошо.
- Мы с вами тоже должны завтра встретиться. Вообще нам надо встречаться чаще. Я хотела поговорить немного и о ваших личных делах.
- О каких делах?
- О расширении и развитии вашей торговли. Консул хочет познакомить вас с представителями американских фирм и при вашем содействии расширить некоторые торговые предприятия. Консул имеет в виду дать вам возможность нажить солидный капитал.
- Я очень признателен и постараюсь в случае нужды воспользоваться любезным предложением консула. Но пока в этом нет необходимости. Я и своим собственным капиталом поставил дела на должную высоту.
Когда я поднялся и стал откланиваться, девушка долго не выпускала моей руки, как бы желая сказать еще что-то.
ОРУЖИЕ
Очередное заседание мы созвали в доме Мирза-Махмуда, мучтеида. На обсуждение были поставлены три вопроса: сообщение Мирза-Махмуда о комплектовании незмие, ознакомление с содержанием полученного из Хоя письма и, наконец, вопрос об оружии.
Открыв заседание, я первым поставил на обсуждение вопрос об оружии.
Сообщив о просьбе американской миссии дать им надежных людей для организованного в селении Паян филиала благотворительного общества, я предложил выделить для этого Тутунчи-оглы и Гасан-агу и, пользуясь случаем, переправить оружие и разместить его в здании американской миссии в селении Паян.
Предложение мое, разрешавшее давно наболевший вопрос, было встречено с большим удовлетворением, почти с восторгом.
Это был первый результат моего знакомства с американкой.
Вторым обсуждали письмо из Хоя. В письме сообщалось:
"Вокруг русского консульства в Хое появилось много новых лиц. Курдские помещики Саид-бек, Шейх-Барзан и Исмаил-ага, Семитков усиленно посещают квартиру русского консула Черткова.
По предложению консула, известный русофил Гаджи-Гасан-ага назначен купеческим старостой.
В стороне от крепости, в квартале, расположенном напротив известного Даг-Баги, состоялась торжественная закладка фундамента нового здания русского консульства. Представители купечества города Хоя отправились с поздравлениями к консулу, но, ввиду легкого его нездоровья, были приняты секретарем.
В городе осталось очень мало революционеров. Все разъехались в разные стороны. А оставшиеся не смеют показываться. Сторонники Амир-Тумана составили списки революционеров и передали русскому консулу.
После всего этого считаем нужным сообщить, - писали в письме, - что необходимо позаботиться о вывозе из Хоя оружия. По этому поводу ведутся серьезные переговоры. Макинский сардар Икбалуссалтане обратился к правителю Хоя с требованием возвратить находящееся в Хое оружие макинскому ханству. По его уверениям, оружие это было в свое время отобрано у макинского отряда. Положение критическое. Численность русских солдат в городе растет. Много офицеров и разных русских чиновников.
Сирус".
Письмо хойских революционеров, написанное Мешади-Таги (Сирусом звали его в подполье), также со всей остротой ставило вопрос об оружии.
- В Хое значительное количество оружия, - сообщил я. - Я видел его сам, и отдать его в руки царского консула или макинского хана совершенно недопустимо.
Мы решили послать Абулькасима-хана в Хой, чтобы на месте выяснить и разрешить вопрос о вывозе оружия.
Абулькасим-хан выразил на это согласие. В деревне Готчи, расположенной между Хоем и Салмасом, у него было обширное родство и знакомство, и он мог сдать там оружие на хранение надежным людям.
Покончив и с этим, перешли к последнему вопросу.
- Товарищи! - начал мучтеид Мирза-Махмуд, в тоне которого звучали нотки бодрости и уверенности. - Я виделся с Иджлалульмульком. Он принял вашего покорного слугу с большим уважением и почетом. Ваш покорный слуга заявил его сиятельству, что явился засвидетельствовать ему свое почтение. Во время разговора я коснулся положения Тавриза и заметил, что в городе нет порядка и дисциплины, что незмие слаба, и позволил себе сказать несколько слов о необходимости усиления этого ведомства. Иджлалульмульк изволил согласиться с этим мнением, и я осторожно заметил, что наиболее подходящим кандидатом на пост начальника незмие является Амир-Хашемет.
- Если Амир Хашемет согласится принять на себя эту должность, я буду рад, - ответил Иджлалульмульк. После этого я обещал уговорить Амир Хашемета принять на себя эту обязанность и затем послать его к Иджлалульмульку. На этом мы разошлись. Завтра к часу дня нашему другу Амир Хашемету надлежит отправиться к Иджлалульмульку.
