- Да, идите скорее. - И она тихонько пошла вперед, осторожно ступая своими маленькими ножками, обутыми в мягкие войлочные башмаки. Движения ее тела, скованные смущением и страхом, легкая дрожь в голосе выдавали ее волнение. Ей было холодно, в эту декабрьскую ночь немудрено было замерзнуть, и она зябко куталась в шаль. Парвиз и его товарищи неслышно двигались вслед за Набат-ханум.
Набат вошла в переднюю, потом в маленькую комнату и прошептала:
- Извините, я не одета...
- Тут посторонних нет. Ты всех знаешь, это наши товарищи, - ответил Парвиз еле слышно.
Набат-ханум осторожно заперла с наружной стороны дверь в комнату, где спали мать и старшая жена Рзабалы, потом обратилась к Парвизу:
- Идите за мной!
Они прошли в дверь налево, в спальню хозяина. Ставни на них были предусмотрительно закрыты. Теперь что бы ни произошло в комнате - во дворе никто ничего не увидит и не услышит. Набат-ханум зажгла лампу. Парвиз и его товарищи тщательно проверили все бумаги, лежащие на столе. В маленькой книжке "Бивайи Тебриз" они обнаружили копии двух писем, которые еще в 1909 году были адресованы контрреволюционной организации "Исламие".
В первом письме говорилось:
"Господин Шуджаи-Низам-Шукрюлла-хан!
Оборонительные мероприятия Саттар-хана и Багир-хана заключаются в следующем: от Хиябана до Аджи-чая, от Багмеше до Шешгилана, через улицу Мирза-Джавада и площадь Сахибульамр по направлению к Дивичи вплоть да Саман-майдана во всех проходах вырыты окопы и расставлены пушки. В этом районе люди Саттар-хана мобилизовали все население и возвели около двухсот баррикад. Каждую охраняют человек двадцать. Время от времени они меняются.
Молельня Сеид-Ибрагима и переулок Алиг-Эйранчи совершенно свободны. С этого незащищенного места можно атаковать врага. Нет укреплений и на улице Лекляр. Если наступать отсюда, занять и разгромить Амрахиз, центр Саттар-хана, будет нетрудно.
Ваш преданный раб Рзабала".
Было совершенно ясно, что Рзабала шпионит с давних пор. Еще в 1909 году он выдавал планы тавризских революционеров командованию правительственных войск. Теперь, читая эти письма, мы вспоминали, что, действительно, правительственные войска наступали через эти незащищенные и легко уязвимые участки нашей обороны.
Парвиз быстренько переписал текст первого письма и начал читать второе, адресованное Сардар-Нусрет-Рагимхану.
"Господин Сардар-Нусрет!
Всевышний свидетель, как торжественно ваш покорный раб и его семья отпраздновали день вашего вступления в Тавриз. Мне от души жаль, что я не отдал жизнь, защищая вас и правительство шахиншаха. Мой дом, мое богатство, моя семья находятся в районе действий революционеров. В этом наше несчастье. Они отбирают у купцов все их деньги и расходуют на содержание своих отрядов. Чтобы избежать разорения, я примкнул к демократам. И таких, как я, сотни.
Вам известно, что противников революции демократы незамедлительно казнят. Поэтому мы и пикнуть не можем. Женщина, которая вручит вам это письмо, передаст вам также две бутылки доброго вина. Да рассыплюсь я прахом у ваших ног, я готов выполнить все, что ваше превосходительство мне прикажет.
Преданный ваш слуга Рзабала".
Теперь нужно было найти ответ на эти письма. Тутунчи-оглы быстро перелистал все книги, лежавшие на столе. Набат-ханум помогала ему. В ящике они нашли свидетельство о первом и втором браке Рзабалы. Набат-ханум в недоумении пожала плечами:
- Давно этого документа нигде не было. Чтобы не платить по кебину, он его спрятал, - и она положила свидетельство обратно в ящик.
Найденные в письменном столе бумаги проливали свет на гнусную деятельность этого предателя. В то время, когда Мухбириссалтане был правителем Тавриза, Рзабала был его тайным агентом и погубил немало людей. Но мы не нашли ни одного документа, который свидетельствовал бы о его связях с Гаджи-Самед-ханом пли царским консулом. Очевидно, этот человек, считая борьбу против революции своей большой заслугой перед отечеством, не любил русофила Гаджи-Самед-хана и не вступал с ним в контакт.
Потом Набат-ханум, достав откуда-то из тайника ключи, открыла большие сундуки. Среди хранившихся там бумаг Парвиз обнаружил удостоверение, выданное Рзабале Рагим-ханом. В нем было сказано:
"Господин Рзабала Шишгиланлы, истинный мусульманин и честный человек, искренне предан правительству и народу. Как противник революции он находится под нашим покровительством. Командованию войск рекомендуется ни в коем случае не беспокоить господина Шишгиланлы.
Сардар-Нусрет Рагим-хан".
Из письма Рзабалы, адресованного Эйнуддовле, было ясно, что в свое время он составил список руководителей революционного движения и всех тех, кто работал на пользу революции, сочувствовал ей. Мы нашли и этот список:
"Господин Эйнуддовле!
Посылаю вам список революционеров, дежурящих на баррикадах. Это все безбожники, люди бесчестные и вероломные.
