- Они вынуждены возиться с ней, потому что все богатство принадлежит не Рзабале, а ей. У нее большая семья, которая состоит в родстве с Гаджи-Мир-Манаф-Саррафом. Рзабала не может отказаться ни от нее, ни от ее родни. Ужаснее всего, что каждый четверг он ночует у больной жены. Теперь вы понимаете, как он противен мне, я им брезгую. Думаю, что он сам тоже болен. Боже, избавлюсь ли я от него когда-нибудь?!
- А какой у него характер?
- Скупость его так же велика, как и его состояние. Детей у него нет. Проверяя его бумаги, я обнаружила, что он разместил у менял сто тысяч туманов. Что же касается их домов, деревень, земель и торговли - вы обо всем сами хорошо знаете. При наличии такого богатства дома живут почти впроголодь. На семью из четырех человек в день покупается всего одна понза* мяса.
______________ * Понза - приблизительно двести пятьдесят граммов.
- И как же распределяют его между четырьмя взрослыми людьми?
- Фактически мясо ест только он один. Из этого мяса варят бульон и подают его больной жене. Когда жир всплывает наверх его сливают в зарытый в землю кувшин - это запас на зиму, а из супа готовят довгу* и подают к столу. Остаток мяса идет на гарнир к плову, который подается хозяину в его комнате, а мы питаемся сыром, хлебом и овощами. Но, бог с ним, с питанием, пусть будет скудным, терпеть можно, но переносить их всех, жить с ними под одной кровлей - это невыносимо. Как мне быть - ума не приложу! А традиции Тавриза, слава богу, вам известны. Уйти от мужа - это страшный грех. Это платье и драгоценности, которые вы на мне видите, мне дает его мать, когда приходится показываться на людях. Вернувшись домой, я должна все вернуть ей, причем она строго проверяет, все ли в сохранности. У меня абсолютно ничего нет, у меня нет никаких прав. Это невероятно, что такой идиот, как Рзабала, находится в рядах демократов, что он общается с такими порядочными, честными благородными людьми, как вы. У этого человека якобы борющегося за свободу народа, в собственном доме живут бесправные рабы. Он во всем неискренен. Ему нужны только деньги. Деньги и деньги, ничего больше. Можете поверить моим словам, я говорю вам сущую правду, ничего не прибавляю от себя.
______________ * Довга - национальное блюдо.
Набат-ханум умолкла, она не могла больше говорить. Казалось еще слово, и слезы, подступившие к горлу, полились бы ручьем. Теперь мне легче было рассказать ей то, зачем я позвал ее, она сама подготовила для этого почву.
- Я очень хорошо знаю вашего мужа, - заговорил я. - Поэтому-то я и побеспокоил вас. К сожалению, в наших рядах таких немало. Вы сами сказали, ваш муж лгун, но этого мало. Он предатель. Он собирается изменить своему народу, выдать демократов губернатору. Не знаю, сумеете ли вы помочь нам предотвратить несчастье, нависшее над нами. Мы нуждаемся в вашей помощи. Я полагаю, что вы не откажете нам в ней.
Лицо Набат-ханум осветилось радостью.
- Я давно хотела отблагодарить вас за вашу заботу и доброту, но не находила возможности и меня мучила совесть. Теперь представился счастливый случай быть вам полезной. Одновременно я выполню и свой долг перед родиной. Скажите, что я должна делать?
- Прежде всего мы должны иметь возможность проверить его бумаги, письма. Вы должны устроить нам это.
- Я готова, но подскажите мне, как.
- Этой ночью вы откроете двери и пропустите наших товарищей в его комнату. Ваш родной брат Парвиз будет с ними. Они проверят только его переписку. Не бойтесь, ничего оттуда они не возьмут. Нас интересуют его дела, а деньги его и ценности нам не нужны. Сумеете вы выполнить это первое задание?
- Думаю, что да. Я могу вам показать место, куда он кладет ключи от своего сундука.
- Есть ли у вас дома слуга или служанка?
- Никого, кроме его матери и больной жены. Обе они спят в одной комнате, а я - в другой. Его спальня расположена между этими двумя комнатами. В семь часов вечера двери дома запираются.
- По вечерам у вас бывают чужие?
- Нет, к нам никто не приходит. Он не любит гостей, ведь их надо хоть стаканом чаю угостить!
- Когда наши товарищи должны явиться к вам?
- В одиннадцать часов все в доме уже спят. Я открою ворота и буду их ждать. Вы тоже придете?
- Нет. Будут Парвиз, Тутунчи-оглы и Гасан-ага.
Мы условились обо всех подробностях. Я обещал ей вырвать ее из когтей этого ужасного человека. На прощание она крепко пожала мне руку и вышла из комнаты.
ОБЫСК В ДОМЕ РЗАБАЛЫ
Первым во двор Рзабалы пробрался Парвиз, за ним - Тутунчи-оглы и Гасан-ага. Все вокруг было погружено, в темноту: лампы в комнатах были потушены, а дворы в Тавризе никогда не освещаются. У дверей дома они заметили какой-то силуэт. Пристально вглядевшись, Парвиз догадался, что это Набат-ханум, и окликнул ее:
- Набат, это ты?
Из темноты донеслось:
