- Если бы ты не представлял меня людям, как свою сестру, я вела бы себя иначе. Отвергнув тебя, я ушла бы из этого дома или подчинилась бы тебе, осталась с тобой навсегда. Теперь поздно. Все в Тавризе, даже русские и армяне, считают меня твоей родной сестрой! Если народ узнает, что это неправда и в доме у тебя чужая женщина, твое положение пошатнется. Ведь это будет козырь в руках твоих врагов. Думаешь ли ты об этом, учитываешь ли печальные последствия нашего сближения, которого добиваешься?
- До чего же ты умна! Все, что ты говоришь, - сущая правда, но учти, я мужчина. Любовь и страсть не считаются с условностями. Мое бурное влечение к тебе не подчиняется никакой логике. Махру, налей в мою рюмку коньяк, дай, я осушу ее из твоих рук. Хоть раз откликнись на мою любовь, не будь такой жестокой!
- Налить коньяк я могу, но отношения наши не должны выходить за рамки братских.
Сказав это, она наполнила его рюмку и села напротив. Сардар-Рашид жадно выпил, потом еще одну, еще и еще. Он заметно захмелел, но старался держать себя в руках, лишь изредка целовал Махру в лоб. На большее у него не хватало смелости. Он хорошо знал ее крутой нрав.
- Ты выполнила мое задание? - вдруг спросил он.
- Какое задание?
- Передала Нине то, что я просил?
- Подумай сам, можно ли женщине делать такое предложение, если муж ее, Абульгасан-бек, жив и здоров? Разве ты сам не знаешь, как она к нему привязана? Можешь ли ты надеяться, что она ему когда-нибудь изменит?
- Если ты хочешь, чтобы я разрешил тебе оставить этот дом и выйти замуж, ты должна сделать одно из двух: или выяснить, где Ираида, или помочь мне завоевать Нину. Одна из вас троих должна быть моей. Понимаешь?
- Что ж, постараюсь, чтобы это была не я.
- Самое лучшее, чтобы это была третья. О Махру, не уходи из моего дома! Мне страшно даже подумать, что ты когда-нибудь покинешь меня. Мне кажется, счастье уйдет вместе с тобой. Ну, кто такой Асад, почему ты предпочитаешь его мне? Я властелин целой страны, а он?
- Если ты не будешь предъявлять мне других требований, кроме того, чтобы я всегда относилась к тебе, как сестра, я обещаю не уходить из этого дома и не венчаться с другим. Ты доволен?
- Я согласен. Только будь всегда со мной. Счастье и радость мира сосредоточены для меня в лучезарном лице твоем, в твоих черных очах, полных глубокой тайны. Удовольствие и наслаждение, которое дают мне наполненные тобой чарки, недоступны даже шаху Ирана. Я согласен, Махру, только дай мне торжественное обещание, что не выйдешь за Асада.
К концу ужина Сардар-Рашид уже не в состоянии был самостоятельно двигаться. Его отвели в спальню и уложили спать. Теперь Махру могла посмотреть, что делается у него на письменном столе. В блокноте она обнаружила несколько черновиков.
"Принцу Абульфату-Мирзе*.
______________ * Абульфат-Мирза - в прошлом был переводчиком германского консульства в Тавризе.
Господин принц, ваше предложение превосходно, хотя со второй его частью я согласиться не могу".
На другой странице Сардар-Рашид писал царскому консулу:
"Господин генерал!
В ближайшие дни я представлю вам список членов подпольного революционного комитета в Тавризе, а также всех членов демократической партии. Один демократ Рзабала Шешгиланлы дал согласие сотрудничать с нами. Сейчас он выехал в город Кавкан по своим делам. В ближайшие дни он возвратится в Тавриз и, с божьей помощью, выполнит мое задание"
Еще одно письмо было составлено на имя садр-азама*.
______________ * Садр-азам - премьер-министр.
"Его превосходительству высокому покровителю нашему садр-азаму.
Письмо Ваше я прочел. Разделяю Ваше недовольство последними действиями русского консула. Должен заметить, что во многих вопросах он вообще не считается с суверенитетом Ирана, вмешивается во все финансовые дела Азербайджана и всех, кто отказывается платить налог, берет под свое покровительство".
Последнее письмо снова было адресовано царскому консулу
"Господин генерал!
Сегодня получил письмо от садр-азама, полное упреков. Он предписывает мне заявить протест против вмешательства русского консульства в финансовые дела Ирана и требует, чтобы вы перестали оказывать покровительство уклоняющимся от уплаты налогов, иранскому государству. Ваш покорный раб не будет реагировать на требования тегеранского правительства. Конечно, я рассчитываю, что господин генерал не откажется также помочь мне, если это понадобится".
Из всех этих писем было ясно, что Сардар-Ргчшд служил сразу нескольким хозяевам, не будучи искренним ни с одним из них.
Махру сняла копии со всех черновиков, а потом, воспользовавшись тем, что ящики стола были открыты, переписала еще много документов. Сложив все бумаги в том же порядке, в каком держал их Сардар-Рашид, она удалилась в свою спальню. Было три часа ночи.
ВОЗВРАЩЕНИЕ ГАДЖИ-САМЕД-ХАНА
