– Это Валдай! – сказал Гонта. – Магистр, это Валдай, нет никаких сомнений! Храм на берегу! Да я знаю это место, был я там на турбазе в юные годы. Честное слово, с такими ориентирами я Вход и без карты найду! Магистр, мы должны немедленно туда ехать. Тут же по шоссе меньше сотни километров!
– Вы как всегда слишком торопитесь, уважаемый коллега, – ехидно заметил Музыкант. – Неужели вы предлагаете бросить город на растерзание этим бандитам и…
– Вы же сами прекрасно понимаете, что мы не можем держать Периметр закрытым вечно, – с досадой перебил его Гонта. – Для уточнения координат Входа и разведки на месте туда должна отправиться совсем небольшая группа. На это нам потребуется дня два. А вам нужно немедленно начинать реализацию Плана в полном объеме. Естественно, с необходимыми коррективами. Периметр открывать следующим же утром, уходить самим, эвакуировать тех, кому грозит опасность, и действовать.
– Я отсюда никуда не уйду, – заявил Музыкант. – Я не позволю уничтожить еще один Периметр, хватит нам и Волгограда.
– Это неразумно, Иосиф, – мягко произнес Магистр. – В одиночку тебе долго не продержаться, анималы готовы на все и ни перед чем не остановятся.
– Комес тоже остается, – сказал Музыкант. – Вдвоем мы продержимся ровно столько, сколько нужно, пока ты с остальными не заваришь кашу – ваш пресловутый План – в нашей уважаемой столице. После этого, полагаю, анималам будет уже не до Периметра. По крайней мере, надеюсь на это.
– Может быть, ты и прав, – ответил Магистр после короткого размышления. – Но обещай мне хотя бы, что не будешь лезть на рожон. Не забывай, у них тут Целая армия нюхачей… Кстати, Гонта, вы напрасно пренебрегаете картой. Валдай достаточно велик и церквей на его берегах хватает. А триста лет назад их было намного больше. Боюсь, поискать вам придется изрядно, даже с картой в руках…
А Нестеров в этот момент переживал жесточайшее Разочарование. Гонта с ходу объявил, что на Валдай Нестеров не поедет. «Как же так?» – пытался он возражать. Все-таки именно они с Гошей были главными виновниками открытия.
«Извини, Олег, – сказал Гонта, – у нас физически не хватит сил, чтобы прикрывать тебя в случае какой-то неожиданной разборки. Мы же все-таки не машины. Дай бог самим прикрыться. Но даю честное слово, что после нас ты войдешь в это ДП первым. Завтра вместе с остальными отправишься в Москву. Там тоже дел хватает, скучать не придется, я тебе обещаю».
Нестеров понимал, что Гонта прав, но разочарование и обида были сильнее доводов разума, поэтому, оскорбленно задрав подбородок, он удалился, не проронив более ни слова. Провожать уезжавших он тем не менее пришел. Вместе с Гонтой отправлялись Байкал и подполковник Рыжкин.
Выезжать решили с наступлением темноты. Ночь была безлунной и очень темной. Небо с вечера затянули облака, грозившие пролиться дождем. Полтора километра до автомагистрали предстояло ехать, не включая фар: Магистр надеялся, что таким образом удастся не потревожить наблюдателей, расставленных в окрестностях Периметра. Машина Гонты выехала первой. Она миновала границу Периметра, и почти сразу же раздались резкие хлопки выстрелов. Они звучали издалека, но в ночной тишине слышались очень отчетливо. Двигатель машины взревел, Нестеров услышал натужный скрип резины об асфальт, развернувшись на месте и врубив фары, автомобиль прыгнул под защиту Периметра, сопровождаемый градом пуль, звонко вонзавшихся в его металлическое тело.
Машина резко затормозила, Гонта и Рыжкин выскочили из кабины и принялись вытаскивать Байкала с заднего сиденья. Нестеров увидел, что светлая рубашка пожилого селекта с правой стороны потемнела от крови. Им бросились помогать, раненого уложили на появившиеся откуда-то носилки и унесли. Гонта тяжело дышал и отирал со лба испарину, лицо его выражало гнев и отчаяние.
