За просветом потянулся огромный серый ангар – наверное, основной заводской цех, потом вновь появился безразмерный борт стоящего в сухом доке судна, из-за которого опять ничего не было видно. Зато там же нашлись простенькие решетчатые ворота на территорию верфи, которые при этом еще и не были заперты. Мне осталось только слегка толкнуть их бампером, и они распахнулись.
Мертвецы на территории завода были, хоть и немного. Выбираясь из своей спячки, они поднимались на ноги и тупо смотрели на медленно маневрирующий по их территории фургон. А мы на них и вовсе внимания не обращали: места для маневра здесь достаточно, так что растолкать их, случись чего, даже проблемой бы не было.
– Вон оно! – оживился Паша после того, как мы по широкой набережной обогнули сухой док. – Про него говорил.
– Это мы ищем? – на всякий случай уточнил я, разглядывая довольно странное с виду судно.
Высокая надстройка была сдвинута на самый его нос, высокий и задранный вверх, явно предназначенный для борьбы с серьезной волной. За надстройкой тянулась совсем низкая, плоская и широкая палуба с опускающейся сзади рампой. Причем эта самая палуба, по идее, должна была в шторм насквозь заливаться водой, судя по многочисленным шпигатам в фальшборте.
Странный пароход, никогда таких не видел – даже не поймешь, для чего такой предназначен.
– Нет, не это, но тоже неплохо, – возбужденно сказал Паша. – Если облом с «Мариеттой» получится, то можно попытаться этот пароход угнать.
– Думаешь? – с сомнением спросил я, подъезжая ближе.
А судно и впрямь совсем небольшое, метров пятьдесят, не более. И машина уместится на эту самую палубу, только вот смыть ее оттуда может как не фиг делать…
– Ну… – засомневался он, – тут все же судоремонтный, может и вообще не на ходу быть… Знаешь, что это такое?
– Просвети.
– Это platform support vessel, понял?
– Нефтяные платформы обслуживает? – уточнил я.
– Ага, точно! Жратву, оборудование возит, даже персонал иногда. И ходит надолго: пока до одной платформы дочухает, пока до другой… они по маршруту ходят.
– То есть автономность серьезная? – вновь уточнил я.
– Точно! Недели на три ходу топлива и прочего у них обычно. Минус один – жрет много.
– С чего это?
– И двигло мощное, и сопротивление больше. Такой тонны две в сутки точно употребит, гарантирую. А то и две с половиной.
– А «Мариетта» твоя?
– Не больше полутора, я думаю. И экипаж нужен меньше.
Я остановился, разглядывая судно. Внушает уважение и выглядит совсем новеньким, аж блестит. Но выступать не буду: все равно ни черта в предмете не понимаю, так что и бухтеть незачем.
– Ну что, едем дальше? – спросил я его.
– Давай.
Развернувшись в два приема, покатил по набережной обратно, по пути все же сбив с ног пару мертвяков, которые брели за нами следом. Других проблем не было – выехали за ворота, после чего Паша сказал:
– Вот туда, правее, и до самого конца езжай.
Дорога пошла среди уже совсем каких-то невпечатляющих складов, у половины которых даже дворы не были заасфальтированы – так, гравий в грязь подсыпан. Для безнадежно аккуратной и чистенькой Голландии это было как минимум непривычно. Затем я увидел нечто такое, что заинтересовало очень сильно: возле одного из ангаров, за сетчатым забором, стоял ковшовый погрузчик. Добротный такой, не слишком большой и не очень маленький, с широким, сейчас упертым в землю ковшом.
– Что? – засуетился Паша, озадаченный остановкой.
– Да вон, машинка полезная, – сказал я, указав на погрузчик. – И ключи от нее, уверен, где-то в той будке наверняка.
– А зачем?
– Пока незачем, а если найдем, что ищем, то может и понадобиться, – пожал я плечами. – Им хоть ворота выноси, хоть буксируй что-то, хоть дорогу пробивай, хоть мертвецов топчи. Даже решетка на кабине. Это от каменюк, но от зомбей тоже поможет.
– Там кабина на одного, – усомнился он.
– Потесниться можно. Ладно, поехали.
Это уже привычкой стало – стараться запомнить все вокруг, что может пригодиться. Полезная привычка вообще-то, не раз уже помогала. Но это ладно, сперва ту самую «Мариетту» поищем.
Мелькнули чахлые деревья, а следом за ними показались стройные ряды высоких металлических цилиндров, хоть и не таких огромных, как в самом порту. На самом крайнем был изображен серый щит на синем фоне, а в щите была надпись «TOD. North Sea petroleum». Все это было окружено невысоким заборчиком, за которым стоял ряд синих контейнеров.
– Паш, а это что?
– Заправка для судов, – ответил он уверенно. – У «Мариетты» цистерна в трюме, она иногда соляру возит на острова, поэтому тут может стоять.
– Вот как… – сказал я просто восхищенно.
А в контейнерах, как я полагаю, склады всякого полезного, для всякого разного обращения с ГСМ. И расстояния с «линейными размерами» здесь все такие, что даже если не получится какие-то главные насосы включить, то из танков можно будет топливо просто так, вручную откачивать. Это не терминал «Hess» в Нью-Джерси, это все понятней и проще.
Между тем фургончик доехал до конца забора, и, когда цистерны перестали перекрывать вид на канал, Паша гордо объявил:
– Вот!
