Артианг заставил себя сделать шаг, потом другой туда, где должна была быть стена, но оступился — нога его провалилась куда-то — и только чудом удержался от падения, натолкнувшись на что-то холодное и гладкое. Наверное, это была одна из колонн. Зачем-то, ослепший дракон стал представлять себе, как она выглядит: высокая, непрозрачная, густо-лилового оттенка… Он уцепился за этот образ, за мысль, что хотя ничего и не видит, но всё же может как-то воспринимать окружающий мир. Не отпуская спасительную колонну, он осторожно ощупывал ногой пол вокруг. Оказалось, что он едва не упал с лестницы. Дракон попытался было сообразить, куда она ведёт, но тут услышал голоса и, почувствовав надежду на спасение, сразу же забыл обо всём остальном.
— У этой сволочи и правда есть жена и дети? — донёсся мужской голос.
— Нет, — смутно послышался женский, — он холост и так же тщательно следит, чтобы не оставить потомства, как и большинство линдоргских магов. У них просто какой-то пунктик насчет этого, словно они — дирхдаарцы и, родив, потеряют свою силу!
— Ну, если кто-нибудь из линдоргских магов умудрится родить, то не силу, так уважение коллег он точно потеряет, а у них, Кер, знаешь, как с этим серьёзно.
— А вот тебе, я смотрю, совсем наплевать на наше уважение, — заметила илтейка.
Артианг глупо улыбнулся, словно она сказала что-то лично для него очень важное и приятное, хотя ничего подобного её фраза, без сомнения, не содержала. Просто её сказал знакомый голос, и он стал чувствовать себя менее одиноким во мраке слепоты. Мне? — переспросил мужчина.
— Кому же ещё? Тебе не кажется, что сейчас не самое подходящее время для личных дел? Для всяких хвостов в тучах, а?
Тут дракон с ужасом понял, что голоса перестали приближаться. Артианг задрожал от одной мысли, что эти двое могут повернуть обратно и, с трудом отлепившись от колонны, заставил себя пойти вперёд.
— Кер, дорогая, это всего одна иллюзия, вдобавок ещё и не мной самим созданная. А время — время самое что ни на есть подходящее. Я его ждал… целую бездну лет! — хохотнул алай, и Артианг чуть снова не свалился с лестницы: таким оглушительным показался ему этот звук. — Тем более, что я сегодня — глупый кот Адиан! Говорю глупости, делаю глупости: разве может сравниться какой-то хвост в тучах с тем, что я ляпнул господину линдоргскому телепату, причём два раза подряд? А за это ты меня не ругала.
Ответа илтейки Артианг уже не услышал. Он потонул в непонятном скрежете, который, словно горстями раскалённых железных стружек, заполнил уши дракона. Артианг схватился за них руками, но жар не уменьшился, он расползался уже по шее. Артиангу было трудно идти и страшно остановиться. Этот страх перед болью и потерей зрения, потерей хотя бы части своей свободы заставил дракона забыть о том, что где-то, всего в паре шагов от него, стояли Кер и Адиан — враги, которые и были повинны в его слепоте. Поэтому, когда его схватили чьи-то руки, ему было уже всё равно, кому они принадлежат. Артианг позволил им вести себя, он понимал, что сил сопротивляться у него нет, и был готов принять помощь от кого угодно, что бы тот потом с ним ни сделал.
Руки держали его крепко, но боли не причиняли. Он прошёл, ведомый ими, несколько шагов, его потянули вниз и бережно усадили на что-то мягкое. Было это или нет, но Артиангу померещилось, что кто-то ласково погладил его по волосам.
— Ты уверен, что всё прошло как надо? — едва различил он голос Кер.
— Да, — отрывисто бросил Адиан.
— Но ему очень плохо! — обеспокоенно заявила илтейка.
— Кер, дорогая, после того что мы с ним сделали…
— Может быть, надо было поручить это одному из эалов? — Кер положила прохладную руку на разгорячённый лоб Артианга.
Она пролежала там несколько восхитительных мгновений, потом пальцы осторожно похлопали его по щеке.
— Угу… А наш линдоргский друг это, разумеется, позволил бы, — невесело усмехнулся алай. — Ведь эал мог бы только
Артиангу тем временем немного полегчало, он даже сумел различить сарказм в словах Адиана. «Быть может, всё ещё не так плохо?» — подумал дракон, и ему мучительно захотелось увидеть выражение лица алая. Забыв, что зрение оставило его, с великим трудом он разлепил веки. Он больше не был слеп, но мир вокруг застилал густой туман. Артианг заставил себя несколько раз моргнуть, но это не очень помогло.
— Вот видишь, наша чешуйчатая птичка уже открыла глазки, — пропел Адиан. — Не волнуйся, Кер, она ещё расправит крылышки, взлетит… и нагадит нам на головы за то, что из-за нас вынесла!
