Критики, близкие к декадентским кругам Франции и Бельгии, радостно приветствовали Метерлинка, потому что почувствовали в нем художественный талант, который можно было противопоставить критической драматургии реализма, приобретшей в 80-е годы большой размах. Это десятилетие — пора наиболее активной театральной деятельности Эмиля Золя, признанного вождя реалистического направления во французской литературе. В 1881 году Золя опубликовал два сборника статей о театре — «Натурализм в театре» и «Наши драматурги», — в которых он боролся против пессимистических теорий «отмирания» сценического искусства и требовал во имя его обновления демократизации театра, изображения на сцене героев из народа. В конце 70-х годов Золя напечатал свои «освистанные пьесы» — «Тереза Ракен», «Наследники Рабурдена», «Бутон розы», а в течение следующего десятилетия одни за другим были инсценированы его лучшие романы. Тогда же на сценах Парижа игрались инсценировки романов А. Доде, братьев Гонкур, Мопассана. На это десятилетие падает и расцвет творчества соратника Золя — драматурга-реалиста Анри Бека. Спектаклем «Власть тьмы» Л. Толстого открывается в 1888 году славный период деятельности «Свободного театра» Андре Антуана, пропагандировавшего драматургию Л. Толстого, Ибсена, Гауптмана («Ткачи», 1893). Когда Мирбо предложил Антуану поставить пьесу Метерлинка «Пелеас и Мелисанда», руководитель «Свободного театра» решительно отказался, заявив: «Я не думаю, чтобы это соответствовало намерениям моего театра, и считаю, что я пустился бы в авантюру, которая могла бы только повредить автору». Зато драматургию молодого бельгийца поднял на щит организатор эстетски-символистского «Theatre d'Аrt» («Художественного театра») Поль Фор, поставивший ранние пьесы Метерлинка — «Непрошенная» и «Слепые» (1891), а затем Люнье-Поэ, основатель театра «CEuvre» («Творчество»), продолжил дело Поля Фора и осуществил постановки метерлинковскнх пьес «Пелеас и Мелисанда» (1893), «Там, внутри» (1895) и других.
Такова была литературная и театральная обстановка во Франции, когда появился Метерлинк. Сам того не желая, он стал козырем в руках группировки, боровшейся против реализма на театре.
Морис Метерлинк родился в 1862 году в Гейте, одном из тех городов Бельгии, где был наиболее многочисленный и активный рабочий класс, где была создана первая его организация. Но воспитанник иезуитского коллежа, а затем студент католического университета ничего этого не видел и не понимал. Между тем Бельгия была одной из самых развитых капиталистических стран Европы. Достаточно сказать, что удельный вес пролетариата в Бельгии был в 70-90-е годы выше, чем в других странах; что сельского населения на родине Метерлинка оставалось не более двадцати трех процентов; что с середины 80-х годов революционное движение в стране приобрело огромный размах. Крупнейшие забастовки углекопов 1886–1891 годов, всеобщая политическая стачка 1893 года, вторая всеобщая стачка 1902 года — таковы некоторые важнейшие вехи борьбы народа за свои права. На те же годы падает колонизация Бельгией Конго (1884).
Всех этих примет эпохи в драмах раннего Метерлинка не найдешь. Подобно многим своим современникам, он не поднялся до понимания общественной миссии рабочего класса, а торжествующая буржуазия внушала ему только омерзение. Однако в отличие от ряда своих соотечественников — Камилла Лемонье, посвятившего ряд романов изображению рабочего класса Бельгии и процесса стремительной капитализации страны, писателя-реалиста Коржа Экоута, великого национального поэта Бельгии Эмиля Верхарна — Метерлинк презрел общественную жизнь. Он пошел по пути создания отвлеченно философской, сказочной драматургии.
