– Мне кажется, что секс между двумя совершеннолетними гражданами не противоречит закону в этом штате. Надеюсь, мы можем продолжать?
– Как давно вы с Майклом занимаетесь сексом?
Карли внимательно изучала свои ногти, а потом несколько секунд полировала их.
– Думаю, часов двенадцать. Боюсь, что не смогу сказать вам точно, сколько времени длился половой акт и когда наступил оргазм. В этот момент я была без часов.
– Вы собираетесь вывести меня из себя своим хамством? – спросила Ева совершенно спокойно с легким налетом презрения. – Отлично. Мы отвезем вас в Управление полиции и там посмотрим, у кого задница крепче. Там вы с радостью и по собственной инициативе расскажете мне о том, как Майкл Проктор оказался сегодня утром в вашей постели.
Карли уже скривила было рот в презрительной гримасе, но идея провести несколько часов в Управлении полиции заставила ее взять себя в руки.
– Мы встретились на похоронах, потом отправились пропустить по стаканчику, а после этого приехали сюда. Удовольствия возрастали с каждым последующим пунктом повестки дня. В этом есть что-либо недозволенное?
– Похоронить одного любовника и тут же подобрать свеженького? Не у всех это получается так просто.
Искры гнева брызнули из глаз Карли, но она сумела сохранить спокойствие в голосе.
– Оставьте свой узколобый взгляд на эти вещи для кого-нибудь другого! У нас с Майклом очень много общего – например, мы оба со школьной скамьи увлекаемся химией. Кроме всего прочего, я его люблю.
– Одно вас объединяет точно – Ричард Драко.
– Верно. Но Ричард мертв. А мы – нет.
Майкл почти неслышно вошел в комнату.
– Карли, может быть, мне лучше уйти?
– Ни в коем случае! – Она похлопала рукой по дивану рядом с собой. – Сядь. – Это звучало скорее как приказ, чем как предложение. Когда он сел, она довольно улыбнулась и просунула руку ему под локоть. – Итак, лейтенант, о чем вы говорили?
– Майкл, почему вы не сказали мне о том, что ваша мать была знакома с Ричардом Драко?
Чашка подпрыгнула у него в руке, и кофе пролился на брюки.
– Моя мать? При чем здесь она?!
– Она в свое время играла в одном спектакле с Драко.
– Твоя мать актриса? – Карли наклонилась к нему.
– Была ею когда-то. Она покинула сцену много лет назад. До моего рождения. – Он поставил чашку на место и стряхнул кофе с брюк. – Оставьте мою мать в покое. Она тут ни при чем.
– Я разве сказала, что она имеет к чему-то отношение? – «Нервы, – подумала Ева. – Он не может совладать со своими руками». – Вы знаете, что она находилась в интимных отношениях с Драко?
– Это было мимолетное увлечение. С тех пор прошло много лет…
– Твоя мать и Ричард? – Карли откинулась назад, изучая его лицо. – Как ужасно! – В ее глазах светилась жалость к нему. – Не позволяй ей спровоцировать тебя, милый.
Но он уже явно позволил.
– Послушайте, у нее была малюсенькая роль. Она не была серьезной актрисой. Они с отцом просто вместе… Она бы сказала мне, так как знала, что я боготворю Ричарда, что я его дублер. Он использовал ее! Он всю жизнь использовал женщин! – Майкл решительно посмотрел на Карли. – Да, она была в него влюблена. Все хорошенькие женщины в него влюблялись.
«Его мать, – подумала Ева, – а может быть, и женщины вообще – его слабое место».
– Да, ему нравилось использовать женщин. Молоденьких, хорошеньких женщин. Они для него были просто игрушками, которые ему быстро надоедали. Ваша мать отказалась от карьеры, от своих планов и надежд из-за него?
– Может быть. – Майкл побледнел. – Может быть, это была одна из причин. Но она дала жизнь человеку, это ее делало счастливой!
– Он сломал ей жизнь.
– Да. – Глаза Проктора сверкали, в голосе звучала горечь. – Да, он сломал ей жизнь. Вы хотите, чтобы я признался, что ненавидел его за это? Может быть, и так, в какой-то мере.
– Майкл, не говори больше ничего! – предупредила Карли.
– Гори все синим пламенем! – В его голосе звучали решимость и гнев. – Моя мать не была дешевой девочкой для мимолетных развлечений, игрушкой, с которой можно поиграть немного и выбросить. Она была милой наивной девушкой. Этим он и воспользовался.
– Он давал ей наркотики или запрещенные психотропные лекарства, Майкл? – спросила Ева. – Он давал ей их попробовать?
– Нет. Но он пытался, сукин сын!
– Майкл, ты не обязан отвечать на эти вопросы.
– Я хочу раз и навсегда прояснить это. – Горячие волны возбуждения и гнева прокатывались по всему его телу. – Она рассказывала мне, что, когда вошла в комнату, он капал какие-то капли в ее стакан с вином. Она спросила его, что это такое. В ответ он лишь рассмеялся. Он сказал… Моя мама обычно не употребляет грубых выражений, но она точно повторила мне его слова: «Это заставит тебя трахаться, как крольчиха».
У Майкла на лбу нервно билась жилка, он прямо смотрел Еве в глаза.
– Она не знала, что это такое. Но мне ясно, что негодяй пытался влить ей в вино «бешеного кролика».
– Она не выпила это отравленное вино?
