– Я увлечен Делией. Она мне очень нравится. Я ни за что не обижу ее. И я, между прочим, ее никогда не обманывал. – Досадливо крякнув, Монро отвернулся и стал смотреть в окно. – У меня никогда не складывались отношения с женщинами вне моей работы, мне так и не удалось наладить собственную жизнь. Сначала – потому, что я обманывал женщин, потом – потому, что пытался быть честным. Наконец я смирился с этим. Я такой, какой есть. – Он обернулся, губы его кривились в горькой улыбке. – По крайней мере, я хороший профессионал. И Делия признает это.
– Возможно. Но женщина – самое странное существо на свете, не так ли? Мужчина не в состоянии ее постичь. И именно поэтому, я думаю, нас к ним постоянно влечет. Ведь неразгаданная тайна всегда интереснее разгаданной.
Чарльз неопределенно хмыкнул, и в этот момент на кухне появилась Ева. Она почувствовала необъяснимое раздражение при виде того, как ее муж непринужденно болтает с Чарльзом Монро.
– Извините, что мешаю вашей беседе, мальчики, – недовольным тоном сказала она. – Рорк, составь компанию мисс Мэнсфилд, пока мы с Чарли перекинемся парой слов.
– Конечно. Рекомендую кофе, он очень неплох.
Ева подождала, пока Рорк удалится, а затем подошла к плите и налила в чашку кофе – не потому, что хотела, а скорее чтобы выиграть время и собраться с мыслями.
– Когда мисс Мэнсфилд наняла тебя? – спросила она.
– Сегодня после обеда. Около двух часов.
– Не поздновато ли? У тебя к этому времени, наверное, все уже расписано?
– Я изменил свое расписание.
– Почему? Айрин сказала, что раньше вы не общались – ни просто так, ни в постели. С какой стати идти на такие жертвы ради незнакомой женщины?
– Она обещала заплатить мне по двойному тарифу, – просто ответил Монро.
– Какие услуги были ей нужны – обычный секс или с вывертом?
Чарльз помолчал, глядя в свой бокал. Когда он поднял глаза, их взгляд был холоден и непроницаем.
– Я имею право не отвечать на этот вопрос. И не стану.
– А я расследую дело об убийстве и имею право забрать тебя для допроса в управление!
– Да, вы имеете такое право. И вы это сделаете?
– Зануда! – Ева поставила чашку и принялась мерить шагами узкое пространство между стеной и кухонной стойкой. – Я в любом случае обязана упомянуть тебя в своем отчете. Это само по себе не очень приятно. А ты вдобавок вынуждаешь меня сделать все процедуры еще более официальными. Кстати, под самым носом у Пибоди.
– Кажется, мы оба этого не хотим, – со вздохом пробормотал Монро. – Послушайте, Даллас, все было очень просто. Одна моя клиентка в разговоре с Айрин отозвалась обо мне как о человеке, с которым можно приятно провести вечер. Она была расстроена. Я слышал об истории с Драко, поэтому мне можно было не объяснять, в чем дело. Ей был нужен мужчина на ночь – и она его получила. Мы поужинали, поговорили и занялись сексом. Вот и все.
– Вы говорили о Драко?
– Нет, мы говорили об искусстве, о театре. Она выпила три бокала вина и полфлакона успокоительных пилюль. Кстати, ее руки перестали дрожать всего за двадцать минут до вашего появления. Она совершенно убита и изо всех сил пытается собраться.
– Ладно. Очень трогательно с твоей стороны. – Ева сунула руки в карманы. – Пибоди обязательно прочитает отчет об этом.
– Делия знает, чем я занимаюсь, – ощетинился Монро.
– Ну, конечно! И, очевидно, она в восторге от твоей профессии.
– Она взрослая женщина!
– Черта с два она взрослая! – Ева изо всех сил пнула ногой стену. – Куда ей тягаться с таким прохиндеем, как ты! Девочка из хорошей семьи, выросшая в какой-то благонравной дыре… – Она с отчаянием махнула рукой куда-то в сторону Среднего Запада. – Пибоди – хороший полицейский, но до сих пор наивна, как школьница. И будет оскорблена до глубины души, если узнает, что я говорила тебе все эти слова. Она, возможно, возненавидит меня, но черт бы меня побрал…
– Она дорога вам? – перебил Монро, повысив голос. – Очевидно, да. Но вы не подумали о том, что она может быть дорога и мне?
– Женщины – твое ремесло!
– Когда они мне платят. С Делией все по-другому. Ради всего святого! Ведь мы с ней даже не спали!
– Почему? У нее не хватает денег, чтобы оплатить твои услуги? – Сказав это, Ева тут же прокляла свой язык. И возненавидела себя, поскольку, заглянув в побелевшие глаза стоявшего перед ней человека, не увидела там ярости или злобы, а только боль. – Прости. Прости меня, я не хотела… Это была глупость.
– Да, верно…
Почувствовав вдруг огромную усталость, Ева соскользнула по стене и села прямо на пол.
– Я не хочу об этом знать. Я не хочу об этом думать. На самом деле ты мне даже нравишься…
Удивленный, Монро опустился на корточки и прислонился спиной к кухонной стойке, так что их колени почти соприкасались.
– Правда?
– Да, во многом. И все-таки странно: вы с ней встречаетесь с Рождества и еще ни разу не… С ней что-то не так?
Монро вдруг расхохотался – искренне, от души.
– Господи боже мой! Даллас, что вам от меня надо? Если я с ней сплю – я подонок, если я с ней не сплю – я все равно подонок. Рорк был прав.
– Ты это о чем?
