– Привет, Марсина. – Он поцеловал старую знакомую, слегка прикоснувшись губами к ее щеке. – Ты прекрасно выглядишь.
– У меня все очень хорошо. Вы – Даллас? – сказала она через мгновение, осмотрев Еву с ног до головы. – Ну конечно же! Я много слышала о вас, лейтенант.
– Прошу извинить меня, – вставил Проктор, ввинчиваясь в разодетую гудящую толпу.
– Не уходите слишком далеко, вы мне еще понадобитесь, – бросила ему Ева.
Но артист уже исчез, сбежав от нее, как нашкодивший школьник от строгого учителя.
– Полагаю, вы здесь по службе? – Марсина окинула скептическим взглядом Евин наряд, состоящий из пиджака и брюк, в которых она ходила на работу. – Я слышала, вы расследуете обстоятельства смерти Ричарда.
– Вы абсолютно правы. Нельзя ли поинтересоваться, о чем вы только что беседовали с Проктором?
– Он – в числе подозреваемых? – Ее губы скривила презрительная усмешка. – Грандиозно. Вообще-то мы говорили о нашей работе. У Майкла есть интересные идеи по поводу телевизионного проекта, которым я сейчас занимаюсь. Мы обсуждали возможность его приезда в Лос-Анджелес на несколько дней.
– И как, он согласился?
– Скорее всего, согласится. Но он сейчас занят в спектакле. Видите ли, Проктор надеется в скором будущем занять место Ричарда на сцене. Ну, может быть, не так грубо и прямолинейно – он говорил об этом намного тактичнее и тоньше… Мои сотрудники свяжутся с его агентами через неделю или две, чтобы выяснить, сможет ли он на нас немного поработать. Он надеется, что театр вновь откроется очень скоро.
Через минуту Ева была уже на улице. Вдохнув аромат городского смога, пропитанного выхлопными газами автомобилей, она подумала, что предпочитает этот запах аромату духов и одеколонов, из облака которого только что вырвалась.
– Проктор не позволит туфлям Драко остыть после его смерти. Он их уже примеряет.
– Это его шанс, – заметил Рорк.
– Да, так же, как и для убийцы.
– Намек понял. – Он нежно провел большим пальцем по ямочке на ее подбородке. – Я сегодня, вероятно, задержусь немного. Надеюсь быть дома к восьми.
– Хорошо.
– Кстати, у меня кое-что есть для тебя.
– Ну нет! Только не здесь. Ты выбрал неподходящее место для вручения подарков.
– Я понимаю это и готов оставить его пока при себе.
Он все-таки полез в карман, но вместо коробочки с каким-нибудь бриллиантом достал оттуда шоколадку. Ева моментально схватила ее.
– Ну вот, как всегда, – пробормотал Рорк.
– Ты закармливаешь меня сладостями.
– Я знаю путь к вашему сердцу, лейтенант!
Она развернула шоколадку и тут же откусила внушительный кусок.
– Теперь я верю, что на самом деле знаешь. Спасибо.
– Но учти, это не заменяет ужин, – продолжал он, хитро улыбаясь. – Если вы дождетесь меня, лейтенант, мы смогли бы нормально поужинать дома, когда я вернусь.
– Конечно. У тебя здесь машина?
– Я доберусь пешком. Такой прекрасный день. – Он внезапно взял ее лицо в ладони и поцеловал, прежде чем она успела воспротивиться.
Жуя шоколадку, Ева смотрела ему вслед. Она решила, что, кажется, понимает, что Пибоди имела в виду под словами «единственная настоящая любовь в жизни».
Мира изучала магнитофонную запись допроса Кеннета Стайлса. Ева фактически поймала ее в дверях: еще пять минут – и она бы успела уйти домой.
Теперь Мира опаздывала к ужину, и эта мысль молоточком била ее по затылку, когда она пыталась сосредоточиться на содержании допроса. Ну что ж, муж поймет и простит, особенно если по дороге домой она сделает небольшой крюк и зайдет в магазин купить ему его любимое мороженое.
Мира давно уже усвоила все хитрости и уловки, необходимые для успешной карьеры и благополучного брака.
– Вы с Фини – прекрасная команда для допросов, – заметила она. – Понимаете друг друга даже без слов.
– Мы уже давно работаем вместе, но обычно роль «плохого следователя» исполняю я. Полагаю, что он не один час провел перед зеркалом, примеривая на себя маску людоеда.
Мира улыбнулась:
– Думаю, вы правы. Этот прием старый, как мир, но всегда эффективный. А вы очень хорошо подыгрывали ему, сделав для него ситуацию максимально комфортабельной. Я права в своем выводе, что вы не до конца поверили Стайлсу?
– Разве вы когда-нибудь ошибаетесь?
– Постоянно. И все время стараюсь поправлять себя. Вы теперь разыскиваете Анну Карвелл?
– Этим занимается Пибоди.
– Я полагаю, Стайлс любил ее и сейчас еще любит. Я бы даже сказала, что эта любовь изменила всю его жизнь. Если бы эту историю описывали в романе, она бы вернулась к нему: ведь он спас ее и защитил, как настоящий благородный рыцарь. Это должна была быть сказка со счастливым концом. Но…
– Она не пожелала его больше видеть.
– Не исключено, что она просто не любила его и поэтому чувствовала себя с ним несчастной. Да что говорить, существует миллион причин, по которым у нее со Стайлсом ничего не могло получиться. Не познакомившись с ней, я ничего не могу сказать по этому поводу. Кроме того, как я понимаю, вас интересует состояние Стайлса, а вовсе не Анны Карвелл.
