Ее, мне кажется, я слышала, сестрица.Когда пришли к отцу, я находилась там.Но что хорошего она приносит нам?Отсрочена беда — потом сильней страданья,Томительнее страх и муки ожиданья.Нет, только одного теперь мы вправе ждать —Что позже час придет над павшими рыдать.
Сабина.
Но в ратях правый гнев зажжен веленьем божьим!
Камилла.
Богов, по-моему, напрасно мы тревожим.Ведь выбор горестный был ими же внушен,И не всегда народ богами вдохновлен.Не снисходя к толпе, им подобает болеВладык одушевлять своей священной волей:Неоспоримые земных царей права,Их власть разумная — лишь отблеск божества.
Юлия.
Чем обрекать себя на тщетные мученья,Читай в оракулах небесные решенья.Ведь если от судьбы ты доброго не ждешь,Ответ того жреца — пустой обман и ложь.
Камилла.
Слова оракула всегда, увы, невнятны:Чем кажутся ясней, тем менее понятны;Чем больше верим мы, что в них загадки нет,Тем многосмысленней обманчивый ответ.
Сабина.
Нет, верить мы должны, что боги явят милость,Чем за надежду б нам платить ни приходилось.Пусть это слабый луч, но он от вышних сил.Кто не надеется — его не заслужил.Мы милосердию небесному преграда,Коль загодя в него уверовать не рады.
Камилла.
Помимо нас, увы, решают небеса,И наши жалкие бессильны голоса.
Юлия.
Вас боги ввергли в страх, но сжалятся над вами.Прощайте! Я иду за новыми вестями.Не лейте слез. Когда увидимся мы вновь,Я, верьте, принесу вам радость и любовь,И весь остаток дня пройдет под знаком мира,В приготовлениях для свадебного пира.
Сабина.
Надежду я храню.
Камилла.
Во мне она мертва.
Юлия.
Сама признаешь ты, что я была права.
(Уходит.)
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Сабина, Камилла.
Сабина.
И от меня, сестра, прими упрек нестрогий:Не слишком ли теперь ты поддалась тревоге?А если бы твоей была судьба моя,И ты терзалась бы, как нынче мучусь я?А если б ты ждала, над самой бездной стоя,Таких же бед, как я, от рокового боя?
