В смысле времени трагедия не страдает излишней торопливостью и, как мне кажется, везде выглядит правдоподобной. В смысле же места, хотя единство его соблюдено точно, пьеса не свободна от известных натяжек. Совершенно очевидно, что ни у Горация, ни у Куриация нет оснований покидать лоно семьи в начале второго действия, и здесь я прибегаю к сценической уловке: не привожу никаких причин там, где не могу привести веских. Драматический автор увлечен тем, что изображает в данную минуту, и не всегда способен хорошенько подумать, сходятся ли у него концы с концами; дать себе волю, чтобы ослепить зрителя, когда не можешь его убедить, — право, не такой уж это великий грех.
Сабина — довольно удачно задуманный образ: он вполне правдоподобен с точки зрения истории, которая прямо указывает на дружбу и равное положение обоих семейств, а значит, и на возможность брачного союза между ними.
Развитию действия она способствует не в большей мере, нежели инфанта в «Сиде». Как и та, она лишь по-своему откликается на происходящее. Тем не менее Сабину хвалят, инфанту осуждают. Я стал доискиваться причин тому и нашел две: одна заключается в более продуманной взаимосвязи сцен, совершенно естественно втягивающей — если можно так выразиться — Сабину в гущу событий, тогда как в «Сиде» сцены с участием инфанты стоят как бы на отшибе и кажутся инородными вставками.
…tantum series juncturaque pollet…[16].{80}Другая причина состоит в следующем: коль скоро Сабина — жена Горация, события трагедии не могут не вызывать в ней определенных чувств, которые она и высказывает, — она ведь не в силах оставаться безучастной к судьбе мужа и братьев; инфанта же совсем не обязана откликаться на то, что касается Сида, и, даже испытывая к нему тайную склонность, вполне может о ней умолчать, коль скоро эта склонность не выражается ни в каких поступках.
