После небольшой пирушки, двое матросы, принесли, неизвестно откуда, овальный барабан, обтянутый какой-то серо-желтый кожей, флейту и какую-то треугольную скрипку на семь струн. На удивление морячки играли очень даже неплохо. В начале десять матросов устроило для всех представления, станцевав любимый у всех моряков солёный танец. Морячки крутили пируэты, сальто и даже ходили на руках, под конец все десять участников танца облили друг друга водой из моря. Свист и хлопки заложили уши актера, но его это не беспокоило, он тоже от всей души похлопал такой забаве. Следующий танец исполняли уже трое. “Звон сабель” исполнялся уже с настоящим наточенным оружием, но судя по тому, как двигались и как шуточно дрались трое не очень высоких парней, они проделывали эти трюки не раз и не два.
Третий танец был медленным, специально для гостей корабля и героя сегодняшнего вечера. Стриин вначале не сразу сообразил, для какого заиграла столь красивая и немного грустная мелодия, но, когда Альмина, словно лебедь, медленно подплыла к нему, до него наконец дошло. Отказывать было никак нельзя, жена все-таки, но и танцевать актер не очень хотел, на занятиях грации он всегда получал удары линейкой по ногам и рукам, не попадая в такт то тут, то там. Взяв принцессу под руку, Стриин вывел ее на середину палубы, матросы образовали некое подобие круга, аккуратно одной рукой взял Альмину за талию, другой сцепился с ней руками и начал вести. Первые минуту актера откровенно сковывал страх. Причем это была не боязнь толпы, а боязнь того что он оступиться, наступит принцессе на ногу, покажется глупым или смешным. Но смотря в жизнерадостные и горящие огнём глаза Альмины, на ее лицо, с обворожительной улыбкой и легкими тенями, от света факелов, придающее ей легкий оттенок загадочности, заставили Стриина отринуть всех страхи и сомнения.
Не знаю, сколько кружились эти двое, которое со стороны выглядели как настоящие пылкие и искренние влюбленные, но все те минуты, показались для них вечностью. В глаза Альмины горела жизнь, с лица не сходила радостная улыбка, а движения становились все более свободными. Стриин тоже танцевал от всей души, искренне улыбался, радовался, а внутри вновь начал разгораться тот давно забытый огонек, что когда-то отвечал за добро, счастье и веру в честность людей. Танец закончилась неожиданно, музыка вдруг утихла, начали слышаться хлопки и свист экипажа. Актер вместе с принцессой раскланялись, поблагодари всех за столь чудесный вечер, и в обнимочку отправились в свою каюту.
