Театральное наследие. Том 1 полностью

(Исполнителю роли Камергера.) Кого вы играете? Какова общая линия этого персонажа? В маленькой роли психологичности и страстности не покажешь. Так, по крайней мере, надо выйти с характерностью. А тут получилось: актер такой-то пошел, актер такой-то пошел… Здесь надо что-нибудь поискать. Выдумайте что-нибудь. Но когда будете искать, ищите от зерна сквозного действия всей пьесы. Никто не должен забывать сквозного действия всей пьесы, то есть катастрофы с Анной Карениной из-за фарисейства и лицемерия того общества, которое изображает Толстой. Жестокость, фарисейство, лицемерие. Вот в этой области надо искать характерных красок, потому что если вы будете искать просто яркой характерности, вне этой области, получится то, что теперь крепко называют формализмом. А насыщенная идея всегда убережет вас от формализма.

(Повторение.)

Пожалуйста, «графиню Лидию Ивановну» подайте мне более четко. Я — зритель, и ваша задача объяснить мне пьесу. Я еще не имею никакого представления о Лидии Ивановне. Вы мне ее подайте насколько возможно. «О графине Лидии Ивановне не говорите ничего плохого!» — может быть, вы дадите здесь какую-нибудь особую интонацию?

(Исполнителю роли Камергера.) Я не знаю вашего отношения к Каренину. Может быть, вы ему завидуете? Может быть, здесь надо Анну раздавить, а Каренина, наоборот, почтить?

(Повторение.)

Сообщение о том, что Анна здесь, должно произвести впечатление разорвавшейся бомбы. Может быть, вы скажете эту фразу, глядя на Каренина?

(Повторение.)

(Затем Вл. И. ведет отдельно беседу с Н. П. Хмелевым[207] и М. А. Дурасовой[208].)

{291} * * *

5 марта 1937 года.

Сцена Лидии Ивановны и Каренина во дворце.

Вл. И. Немирович-Данченко (М. А. Дурасовой). Первый ваш кусок — это самочувствие озабоченности: Лидии Ивановне необходимо сейчас же поговорить с Карениным о предмете, который ее волнует, — о просьбе Анны позволить ей увидеть сына.

У вас взгляд разбросанный, а у меня, — Вл. И. показывает, — сосредоточенный. Но, может быть, это в вашей индивидуальности.

Когда Лидия Ивановна якобы молилась, какой у нее был подтекст? Какой бы фразой она его определила, если бы это был монолог? Я думаю, ваш подтекст будет: «н…н…н…ет, н…н…н…ет, я этого не допущу!» И каждое из этих слов должно быть внутренне как бы жирно подчеркнуто.

Если вы с таким чувством выйдете и с этим решением начнете сцену, то все будет оправдано.

Всегдашнее наше расхождение с теми, кто неверно понимает «систему», заключается в самом понимании выражения «идти от себя».

Актер ищет от себя верное определение зерна сцены. Когда зерно сцены верно определено, — не бойтесь искать от себя выражения этого зерна любыми, самыми неожиданными, самыми смелыми приспособлениями. Здесь и начинается система.

То, что я говорил о самочувствии Лидии Ивановны, есть основа всей вашей роли, и чем больше вы вложите темперамента, тем это будет сильнее, беспредельнее. Это моя теория. Скажут: «Ах, это слишком!» Если создастся такое впечатление — значит, неверно определено зерно. «Слишком» не может быть, потому что пределы наступят, вы же светская женщина. Чем беспредельнее темперамент, фантазия актрисы, тем интереснее.

Почему я заговорил о «беспредельности»? Потому что, когда вы показывали эту сцену, у меня мелькнула мысль: слабо живет, слабо забирает. Вы скажете, что у вас такой темперамент, но я думаю, что и у вас были в жизни такие моменты, когда вы говорили: «Нет, я этого не допущу!» Ищите в вашей жизни случаи, когда вы говорили: «Жизнь отдам, но не допущу, чтобы это у меня было отнято!» И не в смысле страдания от несправедливости, а в смысле эгоистическом.

М. А. Дурасова. У меня всегда это шло от нервности, со слезами.

{292} Вл. И. Пожалуйста, выражайте, как хотите, но чтобы это было для меня убедительно.

Может быть, я упорно направляю вас на какую-то форму, но нужно, чтобы форма пришла от ваших собственных переживаний и размышлений, а не от моих. Если данное самочувствие у вас выражается в слезах, — пускай будет так, но вы должны помнить одну фразу: «Нет, я этого не допущу!» А для того чтобы этого «не допустить», надо на него повлиять тем или иным способом. Каренин может сам принять какое-то решение. Как бы мне с ним встретиться?.. Отложить встречу я не магу… Вот весь ваш «шекспировский монолог», который надо привести в действие. Вы должны быть наполнены этим «нет, не допущу!» уже с самого выхода, а не с того места, когда вы говорите: «А что наш ангел?»

Вот те поправки, которые я должен сделать, а остальное я принимаю.

(Повторение сцены.)

Рассчитайте по-актерски — сразу ли вы подойдете к нему, или пойдете и остановитесь, чтобы мы увидели вас раньше, чем вы с ним поздоровались, и поняли: какая вы, зачем пришли и почему остановились.