— Скажи мне кому, сколько… Оплатим квартиру на несколько месяцев вперед, чтоб не заморачиваться, — безапелляционно заявил Саша, на что Юля лишь покачала головой. — И с институтом все легко решить, и больничный тебе сделаем, — но она не дала ему договорить.
— Да на какой черт мне твой больничный? Кто даст мне спокойно дома сидеть? Меня и с больничного все равно на работу выдернут! — громко проговорила она ему в лицо. — Работать некому, люди зарплату ждут! Вот не получишь в следующем месяце зарплату… Хотя тебя этим, похоже, не напугать, — Юля усмехнулась. — Сходишь пушкой помашешь перед своими крышуемыми, за вечер свою годовую зарплату насобираешь.
— Выбирай выражения! — его глаза сверкнули недобрым огоньком.
— Да у тебя все сводится к деньгам! Только я от тебя не возьму ни копейки! Ни- ко-гда! — повышая голос, парировала девушка.
— Юль, нам нужно постараться забыть прошлое, — помолчав и призывая себя к спокойствию, начал Степнов.
— Кому «нам»? — глядя ему прямо в глаза, прямо спросила она. — Кому? И, самое главное, как? Как такое, вообще, можно забыть? Ка-ак?! — Юля недоуменно покачала головой. — Ты бы забыл? Если бы такое случилось с твоей сестрой, например, ты бы забыл?! Степнов опешил и в первый раз в жизни не нашел, что сказать, а Юля, тем временем, возмущенно продолжала, чувствуя, что уже не остановится, пока все ему не выскажет.
— Конечно же, нет! Да я уверена на все сто, что ты бы убил за такое! И глазом не моргнул бы! — кинула она ему в лицо.
Саша сделал шаг назад, медленно опустился на край кровати, а перед глазами тут же возник тот гараж, Никифоров, вальяжно развалившийся на диване, книжка Вики, валяющаяся на полу. И сразу же — тьма, окутавшая ночной лес, шум ветра в ветвях деревьев, бьющий по лицу дождь и комья земли, летящие в свежую могилу.
Юля, отвернувшись к окну, усмехнулась и сказала: — Забыть! Как же тебе легко говорить. Я никогда не смогу забыть! Каждый раз, глядя на тебя, я переживаю все это снова и снова, — на этот раз ее слова, обращенные нему, были наполнены болью. — Ты даже не представляешь, насколько сильно я хочу все забыть, но ты же все время мелькаешь у меня перед глазами. Ты же не даешь мне ничего забыть! Не даешь представить, что тебя вообще не существует! Парень помолчал какое-то время, разглядывая свои руки, сцепленные в замок.
— Ты так этого хочешь? — А ты сам как думаешь? — это переливание из пустого в порожнее уже порядком поднадоело. Разговор ни о чем…
Саша медленно поднял голову, его взгляд был полон мрачной решимости: — Как бы ты ни хотела, и как бы я ни думал, но тебе придется смириться с тем, что я уже никогда не уйду из твоей жизни, — подняв на нее глаза, твердо проговорил он.
— А, если не смирюсь, что тогда? — повернулась к нему девушка. — Заставишь?! За эти месяцы Юля так устала бояться его. И не смогла удержаться, чтобы не задать вопрос, который терзал ее больше всего, словно иглами впиваясь в сердце и разрывая его изнутри.
— Или убьешь? Как Макса? — тихо, но вполне отчетливо произнесла она, понимая, что подошла к незримой черте и сейчас стоит на самом краю, в любой момент рискуя сорваться вниз, в бездонную черную пропасть.
— Юль, я не убивал его, — с трудом разомкнув пересохшие губы, произнес Саша.
— Да, не убивал. Просто забил до смерти, — кивнула девушка, соглашаясь.
— Это был несчастный случай.
— Ну, конечно, ты не виноват. Виноват Макс, что умер, — покачала она головой. — У тебя всегда кто-то виноват. Макс, я… Это мы виноваты в том, что ты творишь, да? Саша молчал, зато Юля не могла остановиться.
— И расплачиваемся потом тоже мы. В данном случае, я… Макса-то больше нет…
— Юля, — он сделал шаг к ней, но тут же остановился, словно натолкнувшись на ее взгляд.
— Не подходи ко мне! — резко сказала девушка, смело глядя ему прямо в глаза. — И, знаешь что, я буду ездить на занятия! И на работу тоже, когда нужно! И о своем здоровье буду разговаривать с врачом, а ты попридержи-ка свое мнение при себе. А будешь доставать меня, я на тебя заявление напишу, как ты мне когда-то советовал.
Саша просто стоял на месте, не находя слов, чтобы хоть что-то ответить.
Тишина, воцарившаяся в квартире, была ощутима даже физически. Лишь стучали часы в холле. А в следующее мгновение, разрывая эту тишину, в кармане заиграл мобильник. Степнов медленно достал телефон, взглянул на дисплей и сбросил вызов. Не прошло и нескольких секунд, как снова раздалась незатейливая мелодия.
— Да иди уже, — устало произнесла Юля и снова отвернулась к окну, а видя, что он по-прежнему не сдвинулся с места, добавила: — Тебя на работе ждут.
Еще немного помедлив, Саша все же вышел из комнаты. Раздался щелчок входной двери.
Она так долго носила в себе эти слова, знала, что когда-нибудь скажет ему их, и боялась его непредсказуемой реакции. И сейчас, произнеся их вслух, почувствовала огромное облегчение, словно камень с души свалился. Почему-то она ожидала, что он отреагирует на эти слова более бурно, даст ей словесный отпор, а может и не только словесный. Он же выглядел растерянным, молчал…
