— Завтра встреча с Мельниховскими. Приезжай, нужно обсудить, — не ответив на вопрос, как всегда, кратко и резко сказал Шведов.
— Я не могу, — Саша устало потер виски, голова снова начинала раскалываться, а таблетки валялись где-то в машине.
— Что значит «не могу»? — после некоторого молчания недовольно поинтересовался начальник.
— Я занят, — просто ответил Степнов, не в силах что-то сейчас выдумывать. В конце концов, рабочий день давно закончился, сегодня не его дежурство, да и никаких важных операций на этот вечер запланировано не было, лишь рядовые наблюдения, а если что, опера уже отзвонились бы.
— Саша, на кону огромные деньги, ты не понимаешь? — сквозь зубы, прошипел Шведов, теряя терпение.
— Я понимаю. Но сейчас я не могу приехать, — сухо проговорил парень и, не дожидаясь дальнейших высказываний Константина Николаевича, нажал на кнопку отбоя, а потом и вовсе отключил телефон, так как из палаты показалась Лена, а при ней разговоры с начальством ему вести не хотелось.
В машине они не обмолвились ни словом, так же молча поднялись в квартиру.
Там была образцовая чистота, каждая вещь лежала на своем месте. Последние несколько дней Юля допоздна работала, а приходя домой сразу ложилась спать, потому что сил ни на что другое просто не оставалось.
Пока Лена ходила по комнате, собирая вещи, Саша снова взял в руки снимок УЗИ. Надо же, это его ребенок. Его и Юли. Теперь у них будет хоть что-то общее.
Когда-то он просто хотел поразвлечься с этой красивой девочкой, щедро оплачивая жаркие моменты в постели, может даже разделить с ней совместный быт, но детей заводить он не собирался. И если бы его любовница захотела сменить свой гражданский статус и обзавестись детьми, он бы без сожалений с ней расстался. Но, видимо, судьба уготовила иное — теперь он готов пойти на многое, чтобы Юля разделила с ним не только постель, но и жизнь, подарила сына или дочь.
В квартире ненавязчиво и приятно пахло Юлиными духами. Саша вспомнил, как почувствовал их впервые, целуя ее у себя в кабинете. За этими воспоминаниями нахлынули другие. Ее мягкие нежные губы и бархатистая кожа, когда он, целуя, прижимал ее к стене архива, в то же время руками забираясь ей под платье.
Шелковистые волосы, в которые он зарылся лицом, когда крепко сжимал ее, пытаясь проникнуть в нее как можно глубже и получая от этого неземное наслаждение.
В комнате что-то упало, и наваждение прошло. В холл вышла Лена с объемной сумкой. Глядя ей в глаза, Саша не удержался, чтобы не спросить.
— А этот тонус… это серьезно? — А что, переживаешь? — усмехнулась Лена, смотря на него прямым и открытым взглядом, в котором читалось недоверие. — Саш, можно я откровенно спрошу? Только не обижайся… — Спрашивай, — кажется, он уже знал, о чем она собиралась его спросить.
Чуть помолчав и не сводя с него взгляда, Лена задала тот самый вопрос, но закончить его не смогла. Все-таки, не каждый день приходится кидаться такими обвинениями.
— Это правда, что ты Юлю…
— Правда, — ответил он, не отводя от нее глаз.
Немой поединок взглядами продолжался еще некоторое время.
— Но… зачем? — медленно произнесла девушка, отметив, что в руках у него снимок УЗИ.
— Трудно объяснить. Да, и не важно сейчас, — вздохнул Саша, первым отведя глаза, и, подойдя к стеллажу, положил карточку на место.
— А что важно? — прямо спросила Лена.
— Чтобы с ней и ребенком все было в порядке, — искренне ответил он.
Покачав головой, выражая крайнюю степень недоверия, Лена стояла, размышляя над его словами.
— Девчонке двадцать два, ты ей жизнь сломал, — невесело усмехнулась она.
— Я не оставлю ее. Буду ей помогать, — возразил Саша, сам понимая, насколько жалко прозвучали эти слова.
— Помогать? — все также оценивающим взглядом оглядев его с ног до головы, протянула Лена. — А парень ее… Макс? Тоже ты? — Что именно? — на скулах Степнова заиграли желваки, глаза сузились, взгляд потяжелел.
— Он умер? Ведь так? — пристально глядя ему в глаза, уточнила девушка.
— Он ударился головой, произошло кровоизлияние. Я его не убивал, если ты об этом, — сквозь зубы проговорил Саша. Да, прямого умысла убить его не было, однако косвенно вина все равно была на нем.
— А вот Юля думает наоборот. И она уверена в том, что сейчас ты ее преследуешь, чтобы как-то запугать, на случай если идет расследование о смерти ее парня, — немного подумав над тем, стоит ли это говорить, все-таки сказала Лена и добавила: — Она даже думает, что ты и ее убить можешь, чтобы себя отмазать.
По спине Степнова пробежал холодок. Как ей могло такое в голову прийти?! Неужели, она может такое про него думать? А почему бы и нет? Ведь она ничего хорошего от него не видела.
