«Жаль их, конечно, но я сделал всё что мог. Моей вины в случившемся нет», — успокоил себя Костя и, достав из кармана телефон, набрал номер Виктории, чтобы договориться о встрече. Жизнь продолжается и в ней еще столько всего неизведанного! Грустить было некогда.
Слёзы ручейком бежали по бледным щекам и падали вниз, разбиваясь о глянцевые страницы фотоальбома, но Маша даже не пыталась стереть их с лица. Она рассматривала снимки со Стасом, которые распечатывала и бережно хранила на протяжении всего времени, что они были знакомы, и не могла поверить, что этого человека больше нет. Что он больше никогда не обнимет её. Что она больше никогда не увидит его улыбку. Что у неё больше нет шанса на счастливое будущее вместе с ним…
Знакомство Маши и Стаса произошло, когда им обоим было по шестнадцать лет. Родители перевели девочку из лингвистического лицея в обычную школу после девятого класса: поняли, что дочка не тянет усиленную программу занятий. С первой недели в новой школе Маша по уши втюрилась в улыбчивого голубоглазого Стасика Абрамова, который любил отчебучить что-нибудь забавное, с целью повеселить своих одноклассников. Эдакий местный скоморох.
Первые полгода девушка пыталась скрывать свои чувства, однако даже невооруженным глазом всему классу был заметен интерес новенькой к Абрамову. На День Святого Валентина Маша решилась отправить Стасу через школьную почту анонимную открытку с признанием, в тайне надеясь получить «валентинку» в ответ. Но кроме новоявленных подружек — одноклассниц их ей никто не прислал. Зато на следующий день Стас сам подошел к ней и отвёл в сторонку, чтобы поговорить.
— Это ведь от тебя, да? — утвердительно спросил он, показав Маше открытку в виде сердечка.
— От меня, — не стала отпираться девушка. Её щеки вмиг стали алыми, а сердечко трепетно замерло в ожидании. Что ей сейчас скажет Стасик? Вдруг тоже признается в любви?
— Смирнова, я уже давно понял, что нравлюсь тебе, но… Извини, не могу ответить взаимностью, — переминаясь с ноги на ногу, произнёс Стас. Маша стыдливо опустила глаза и спрятала руки в задние карманы джинс, не зная, что сказать. Хотелось просто провалиться сквозь землю или сбежать из школы и не возвращаться сюда никогда… Какой позор!
Стас заметил подавленное настроение одноклассницы и, погладив её по плечу, торопливо произнёс:
— Только не обижайся, ладно? Ты хорошая девчонка. Мы могли бы с тобой дружить.
И Маша согласилась на такой вариант. Лучше уж дружба, чем совсем ничего! Кто знает, может Стас со временем всё-таки влюбиться в неё?
Так и началась их странная передружба-недоотношения. Стасик и правда стал считать Машу своей подружкой, периодически советуясь с ней по поводу общения с другими девчонками или скатывая домашние задания. Он познакомился с её родителями и даже без предварительного звонка мог прийти к девушке в гости. Машины мама с папой считали, что Стас — молодой человек их дочери, поэтому относились к нему доброжелательно. На самом же деле за закрытой дверью комнаты ребята не нежничали, а просто разговаривали обо всём на свете. Если быть точнее — Стас говорил, а Маша его слушала. Её душу терзала ревность, когда любимый делился с ней рассказами о своих свиданиях или показывал фотографии симпатичных ему девушек, но внешне она держалась молодцом, не выдавая своих истинных эмоций. А едва за Стасом закрывалась дверь, Маша давала волю слезам. Иногда ей казалось, что он специально издевается над ней. Вот только зачем? Это было непонятно.
На выпускном вечере в честь окончания школы произошло событие. После основного торжества практически весь класс отправился тусить на дачу к отличнику Кузнецову — конечно, уже без сопровождения учителей и родителей. Алкоголь лился рекой, колонки разрывались от громкой музыки, а сигаретный дым заполнил весь первый этаж коттеджа. Маша практически не пила. Будь её воля, то она и шагу не ступила на подобную вечеринку. Но ведь здесь был любимый Стас!
Влив в себя изрядное количество разнообразных напитков, Абрамов подсел к Маше, скромно примостившейся в уголке дивана, и произнёс, едва ворочая языком:
— Машкаааа, ну ты такая красотка сегодня! Прям эта…как их?… Принцесса, во! Я тебе говорил когда-нибудь, что ты красивая?
— Не говорил, — покачала головой девушка.
— Я что, слепой? — забавно округлил глаза Стасик, — Рядом со мной такая девчонка классная, а я за всякими курицами ухаживаю!
Маша неопределённо пожала плечами, смущенно улыбнувшись. Она понимала, что в парне говорил алкоголь, однако память услужливо подсунула фразу: «что у трезвого на уме, то у пьяного на языке».
Эту ночь они провели вдвоём, закрывшись в одной из спален на втором этаже. Для Маши это была первая интимная близость, чему очень удивился Стасик.
— Ты девственница? — спросил он, заметив, как исказилось болью лицо его подруги.
— Конечно.
— Да ладно? А я думал, что нет…
— Я ведь тебя люблю, ты же знаешь. С кем мне еще делать «это»? — произнесла Маша и крепко обхватила Стаса руками за шею, испугавшись, что он сейчас передумает, — Только не останавливайся, пожалуйста.
