У Моргана снова вместо слов нашлись только междометия. А Рожа, видя, что собеседник не может ответить ничего, кроме «Э-э-э…» и «Ы-ы-ы…», продолжил горестно делиться своей историей.
— Какая ирония, правда? Я, один из лучших воров в мире, теперь превращаю в камень всех желающих попасть в дом, защищая имущество ведьмы от воровства. А ведь я в свое время ограбил столько домов в Форсификее! Мой схрон забит сокровищами! И вот вместо того чтобы наслаждаться жизнью где-то там, вишу тут, под дождем и солнцем! Такой талант пропадает!
Из всего услышанного демон смог вычленить главное:
— Форсификея? Так ты был человеком? И как это — ты превращаешь всех в камень?
Рожа выругался, видимо, поняв, что сболтнул лишнего, и принял абсолютно неподвижный вид, снова изобразив неодушевленный предмет.
— Э, нет! — покачал пальцем у него перед носом Морган. — Даже не пытайся отмалчиваться. Я и не таких раскалывал!
Рожа не удержался и, закатив глаза, насмешливо спросил:
— Я и так превращен в деревянную статуэтку. Что еще ты можешь мне сделать?
Морган принялся загибать пальцы:
— Разрубить на куски, сжечь, скормить термитам, взорвать…
Конечно, «скормить термитам» и «взорвать» — это был блеф (где бы он нашел термитов?), но угрозы подействовали, потому что упрямец рассерженно перебил:
— Ладно-ладно! Что все нервные такие? — Немного помолчав, Рожа все же нехотя рассказал: — Я действительно тут за охрану. Любой, прикоснувшийся ко мне, превратится в камень.
— И многих ты уже превратил? — полюбопытствовал Морган.
— Никого, — нехотя признался «охранник». — Кто в наши дни стучит в парадную дверь? Воры залазят через дымоходы и заднюю дверь, слуги летают через окна, гости к Гризельде не ходят. Ты вообще первый, кто пришел ко мне за последние несколько столетий.
— Скучно тебе тут? — посочувствовал Морган.
На лице Рожи отобразилась вся мировая скорбь.
— В корень зришь, братишка, — вздохнул «страж», но тут же воспрянул духом: — Но Гризельда обещала за хорошее поведение скостить мне срок наказания и расколдовать досрочно. Так что, если все будет хорошо, лет через шестьсот я смогу ходить на двух ногах! И эти ноги унесут меня отсюда так далеко, как это вообще возможно!
— Буду держать за тебя кулачки, — пообещал Морган. Рожа казался неплохим парнем, поэтому Моргану захотелось подбодрить его. Немного смущаясь, он сказал: — Но в твоем положении есть и свои плюсы. Например, ты увидел много чудес за то время, пока тут висишь. Да и проживешь жизнь более долгую, чем любой другой человек.
Рожа фыркнул:
— Что это за жизнь? Да у любого человека за пятьдесят лет больше событий произойдет, чем у меня за тысячу! Но кому я об этом говорю! Демоны…
Морган отчетливо представил, как Рожа махнул на него рукой, хотя рук у него не было. И его это вдруг задело.
— А что ты имеешь против демонов?
Рожа закатил глаза.
— В общем, вы нормальные ребята, когда не забываете, что другие расы не такие любимчики изначальных стихий, как вы! — Моргану представилось, как он пожал плечами и фыркнул: — Раса со всеми дарами.
Морган сложил руки на груди.
— Что ты имеешь в виду?
Рожа охотно объяснился:
— Вы любимчики Гайши, потому что вас он создал первыми. И другие стихии наделили демонов многими дарами: сила, ловкость, ДОЛГОЛЕТИЕ, — последнее слово он намеренно выделил голосом. — И вы меряете всех по себе. Что для тебя полстолетия, если ты живешь несколько тысяч лет? А для людей полстолетия — это целая жизнь.
— Да, — согласился Морган, — мы долгожители. Но хочу тебе напомнить, что каждую созданную Гайши расу стихии одаряли одинаково. Люди тоже были долгожителями, но они использовали дары стихий слишком… — тут он замялся, подбирая правильные слова, — …неразумно и легкомысленно.
— Почему это люди неразумны и легкомысленны? — взвился Рожа. — Приведи хоть один пример!
— Ты попытался ограбить старейшину долины Три Дуба, — напомнил Морган.
Рожа мгновенно сник.
— Ну… каждый может разочек ошибиться…
Морган решил не разжигать спор и предложил перемирие:
— Зато ваша жизнь насыщеннее, чем жизнь долгожителя.
— Да?
Эта фраза застала Рожу врасплох.
— Конечно, — заверил Морган, не желая еще больше расстраивать беднягу, и так застрявшего в нехорошей ситуации. — Ваша жизнь конечна, каждое мгновение неповторимо. Из-за этого каждое чувство и каждая эмоция острее. Вы спешите жить и брать от жизни все, что успеете. Мы, долгожители, в какой-то момент устаем от всего: жизнь теряет краски, чувства притупляются и пропадают. Все закаты и рассветы сливаются в один день и одну ночь, потому что все повторяется. Еда становится безвкусной, ничто не вызывает эмоций. Мы не живем, мы существуем.
— Я никогда не думал об этом с такой точки зрения, — задумчиво пробормотал Рожа.
Морган умолчал о том, что Гайши понял свою ошибку и исправил ее, дав каждому демону истинную пару-спутника, партнера и возлюбленного. Пары делят все: радости, печали, дни и ночи. У них все едино, и пары черпают друг в друге силы, чтобы идти дальше по жизни. Никакое золото или знание не может быть ценнее, чем суженый или суженая для демона.
