достаточный просталинский иммунитет против "антипартийных ересей", мог познакомиться с ним в приложении "материалов" к стенографическому отчету апрельского объединенного пленума ЦК и ЦКК ВКП(б) (16-23.4. 1929 г.). Более того. Даже решение этого пленума о группе Бухарина держалось в тайне до 1933 года. Только в 1933 году было опубликовано как решение объединенного заседания Политбюро и Президиума ЦКК, так и решение указанного пленума по делу о правых, конечно, опять-таки без заявления Бухарина от 30 января и "платформы трех" от 9 февраля 1929 года. Насколько и эти документы неполны и явно "подчищены" задним числом, показывают пропуски всех более или менее ярких цитат из заявления Бухарина. Но и в таком виде эти документы помогают воспроизвести заявление Бухарина.
Основная цель заявления Бухарина от 30 января - личность Сталина, а из руководящих органов ЦК - лишь Секретариат ЦК. Предусмотрительно отгораживая от критики Политбюро, Оргбюро и пленум ЦК, Бухарин открыто и со ссылками на данные текущей практики аппарата ЦК обвинял Сталина по существу в заговоре против линии партии.
Обвинения Бухарина сводились, главным образом, к следующим пунктам:
1. В основе крестьянской политики Сталина лежит провозглашенный им на июльском пленуме ЦК лозунг"дани, то есть военно-феодальной эксплуатации крестьян ства". Цель Сталина: базируясь на методическом, государственном легализованном грабеже основного класса страны - крестьянства,- держать курс на индустриализацию. К этой цели Сталин стремится двумя способами:один способ - насильственная коллективизация, другой - "налоговое переобложение".
2. Вопреки неоднократным решениям партии о стимулировании развития крестьянского хозяйства и поднятии его урожайности мерами поощрения, Сталин прибегает к совершенно противоположным мерам: к практике введения нового "военного коммунизма" в деревне путем применения чрезвычайных административных репрессий по хлебозаготовкам (огульная конфискация крестьянского хлеба при отказе в то же время производить для деревни товары широкого потребления, как это требовали предыдущие решения партии).
3. Во всей политике страны вообще, в крестьянской же политике в особенности, "съезды, конференции, пленумы, Политбюро партии решают одно, а сталинский аппарат проводит другое".
4. Во внутрипартийной политике вообще, в организационной политике партии в особенности, "съездыконференции, пленумы ЦК и устав партии устанавливают одни нормы, а сталинский аппарат придерживается своих собственных норм". Все это привело к тому, что "внутрипартийная демократия стала фикцией, а назначенчество сверху партийных секретарей - законом". Поэтому "в партии нет выборных секретарей, а есть назначаемые и сменяемые сталинским аппаратом партийные чиновники". Цель такого отбора секретарей создание сталинской фракции отборных чиновников, чтобы взорвать ленинскую партию изнутри ("партия в партии", или, по выражению Бухарина, "секретарский отбор").
5. Тот же самый процесс бюрократизации партии пере несен сталинцами и в сферу государственного аппарата. Роль Советов сведена к роли придаточного механизма партийного аппарата. Причем бюрократизация государственного аппарата ведется: по одному плану с бюрократической партии. Все это "бюрократическое пере рождение" пролетарского государства и ленинской партии идет не стихийно, а организованн о, по методически разработанному плану "Кабинета Сталина".
6. Там, где Сталину и сталинцам не удается охватить и парализовать государственный, партийный или профсоюзный аппарат бюрократическими клещами своей фракции, Сталин и его помощники прибегают к планомерному и рассчитанному методу "организационного окружения" - к назначению туда "политкомиссаров" (ВЦСПС -Каганович, Совнарком - Орджоникидзе, "Правда" Савельев и Мануильский и т. д.). Причем это делается не по решению партии (пленум ЦК, Политбюро, Оргбюро),а по решению собственного "Кабинета Сталина" с формальным оформлением на заседаниях Секретариата ЦК.
7. Ту же организационную политику бюрократизациии отбора чиновников сталинцы ведут и по линии Коминтерна. В основе отбора работников и руководителей последнего лежат не ленинские принципы выдвижения профессиональных революционеров, а сталинский планотбора наемных чиновников. Преданные партийные кадры Коминтерна изгоняются из братских партий, если они проявляют самостоятельность в суждениях и независи мость в работе. Не убеждение, не воспитание, а политика диктата - вот стиль работы Сталина в Коминтерне. Еслииностранные коммунисты осмеливаются критиковать персональные приказы сталинского аппарата, то они тут же объявляются "оппозиционерами" или "примиренцами", "социал-демократами" или "перерожденцами" и изгоняются из партии не через их собственные партии, а через Коминтерн в Москве (Тальгеймер, Брандлер) или, если их исключения связаны с крупными неприятностями лично для Сталина, то их просто отзывают из их страны в Москву как "примиренцев" (Эверт, Герхардт).
