Текущая реальность (СИ) полностью

- Почему каждое конструкторское бюро, на своей страх и риск и, «с нуля» - разрабатывает штуцеры, патрубки, провода и даже замки бомбодержателей? Отчего, например, воздушный баллон для запуска двигателя от «Яка» не подходит к «МиГу» и, наоборот?

- Почему советские самолётные КБ получают с заводов «голые» движки, а не готовые закапотированные винтомоторные установки – как это делается во всём мире?

- Почему до сих пор нет стандартизированной же кабины пилота с эргономичным расположением приборов, выключателей, кранов и рукояток управления и анатомически удобными подлокотниками кресел и, аварийно сбрасываемым фонарём, наконец?

- Почему наконец, из-за какого-то сраного «барашка» - приходится снимать с истребителей радиостанции? Неужели во всём двухсотмиллионном Советском Союзе, не найдётся одного-единственного рационализатора, способного что-нибудь придумать?

И наконец, когда он уже был забит в недра «под шляпку», Сталин наклонившись и обдавая жаром и адским запахом кипящей серы:

- Так кто больше заботится о лётчиках? Вы, товарищ Филин – коммунист, я надеюсь? Или фашист Герман Геринг?

Сперва проблеяв котёнком, генерал-майор был вынужден признать:

- Мммэээ… Фашист.

Сверху загремело-загрохотало:

- А Вам - совершенно по@уй, да?

- Нет, мне не…

Тыча в обалдевшего генерала пальцем в голову, Сталин ревел извергающимся вулканом:

- Нет, товарищ Филин… Вот именно, что Вам – по@уй!».

Соскочив с диванчика в служебном кабинете, где прилёг вздремнуть буквально на «…дцать минут», он мельком глянув в окно на едва начинающее сереть на востоке ночное небо, схватился за трубку телефона и не здороваясь, сразу же взял «быка» на другом конце провода за «рога»:

- Придумали что-нибудь с этой чёртовой ручкой управления, товарищ инженер? …Почему нет? …А на хрена тогда тебя учили, деньги народные на тебя тратили-переводили – если ты простейшего сообразить не можешь?!

Вспомнив приснившейся сталинский указательный палец, чуть было не выронив трубку Филин схватился за то место - где у него под форменными генеральскими галифе, тщательно скрывались от посторонних глаз личные «фаберже»…

И пуще прежнего расходившись:

- Какой ты на@уй инженер? Говно ты, а не инженер! …Мне твои оправдания не нужны! Мне и прежде всего – товарищ Сталину, партии, стране и советской авиации – нужна такая ручка управления в самолёте, чтоб лётчики об неё яйца не плющили…

Наконец уже выдыхаясь, ударил по столу так, что телефон подпрыгнув, жалобно звякнул:

- …Запомни сам и передай всей группе: один я под расстрел не пойду. Все у стенки встанем… ВСЕ!!!

Потом бросив на аппарат трубку, долго вытирал платком струившейся по лицу пот и трясся как от озноба. А в ушах продолжало греметь-грохотать уже наяву:

«Так что срочно меняйте стиль руководства, товарищ генерал-майор! Чтоб мне не пришлось заменить Вас!».

И он вновь – как тогда на аэродроме 20-го февраля, вслух пообещал:

- Виноват, товарищ Сталин… Сделаю всё, чтоб исправить ситуацию!

***

Конечно, кой-какие подвижки всё же произошли…

Если после «Чёрной пятницы» - до него ещё не дошло чисто психологически, то после смотра авиатехники на Чкаловском аэродроме Сталиным - Начальник НИИ ВВС генерал-майор Филин отчётливо понял:

Он только что прошёл буквально по лезвию бритвы и другой раз такое везение – не повторится.

В то же вечер, он собрал всех своих сотрудников и объявил им:

- В НИИ ВВС объявляется военное положение с казарменным проживанием. Пока не решим все задачи поставленные товарищем Сталиным – домой не расходимся!