Тот «обосновал» и я понял, что да:
До современного мне акционерного товарищества с ограниченной ответственностью (корпорации, то есть) - как до центра Галактики, верхом на пылесосе.
В основном, «подводных камня» два:
Одобренный «Всекопромсоветом» в ноябре 1934-го года «Примерный устав кооперативной производственной артели», предусматривает, что все работы в артели ведутся личным трудом ее членов. Наём рабочей силы: инженеров, техников, специалистов и, просто разнорабочих - тоже разрешается. Однако общее число наемных работников, не должно превышать двадцати процентов от общего числа членов артели.
Промыслово-кооперативные артели не являются акционерными, как западные корпорации. То есть, вступил в неё «голым» – голым и вышел. Так же членство в артели нельзя продать или передать по наследству.
Почесал я «репу» и, спрашиваю:
- А кто вообще имеет право вступить в кооператив?
- Любой гражданин, достигший возраста шестнадцати лет.
- А условия для вступления? Или, любой «проходимец» с улицы пришёл, попросился и его взяли?
- Его должны принять на общем собрании коллектива. Как и руководство, которое избирается прямым голосованием.
- То есть, случайный человек в артель не попадёт?
- Нет, не попад ёт. Чаще всего это бывает родственник, хороший знакомый или вступивший по рекомендации и под поручительство члена артели…
Владимир Дмитриевич рассказывает, я размышляя:
«Мда… При таких порядках ждать какого-то прорыва не приходится», вдруг слышу:
- … Действует своя дополнительная — негосударственная пенсионная система и программа финансовой помощи участникам артели, которые имеют право на ссуды для строительство жилья и крупные покупки.
Враз воспряв:
- А откуда «дровишки»? В смысле – гроши на ссуды?
- Не менее двадцати процентов прибыли артели, по Уставу должно отчисляется на формирование так называемого «запасного капитала», откуда и предоставляются ссуды.
Думаю:
«Эге… Не всё так безнадёжно, оказывается».
Сперва начал было горячку пороть:
- А давайте, товарищи…
Но тут же взял себя в руки:
- Давайте соберём руководство десяти вышеперечисленных ленинградских артелей, предложим им объездиться обратно в кооператив «Юпитер»… Затем дадим особо важное задание и, спросим: какие изменения в Уставе на их взгляд, необходимы для дальнейшего развития артельно-кооперативной промышленности СССР?
На том и порешили…
Правда, был вопрос:
- А что за «особо важное задание», Иосиф Виссарионович?
Но боясь сглазить, я ответил уклончиво:
- Да, так… Есть идейка по одной «заклёпке».
«Заклёпками» эти товарищи особо не интересовались – будучи стопроцентными гуманитариями, поэтому мой ответ их полностью устроил.
***
Одним из преимуществ диктаторства было то, что все мои приказы – которые я неусыпно держал под личным контролем - выполнялись едва ли не мгновенно. С теми же, что не держал «неусыпно»…
С теми же по-разному бывало, конечно.
Уже на следующий день, в Кремле передо мной стояли «навытяжку», как председатели ленинградских промыслово-кооперативных артелей - так и экс-руководитель безвременно канувшего в лету «Юпитера».
Первых, было даже больше на одно председательское рыло: организаторы «перелёта» Ленинград-Москва перестарались и прихватили главу «Коопмедприбора» - артели «им. Ленинградского комсомола».
Ну, ничего… Лишним кашлем масло не испортишь, а наоборот.
Время как раз было обеденное и, напустив на внешний вид как можно больше благожелательности и дружелюбия, пригласил перепуганных кооператоров в совнаркомовскую столовую:
- Разговор у нас с вами, товарищи - будет очень серьёзным и долгим. Поэтому «заправляйтесь» под самую пробку, пожалуйста! Ну и мне бы тоже не мешало бы перекусить.
Это сразу разрядило обстановку, председатели ленинградских артелей разом повеселели и хором пожелали товарищу Сталину приятного аппетита.
Перехватив взглядом экс-председателя «Юпитера»:
- А Вас, Федор Арсеньевич, я попрошу остаться… В смысле, приглашаю за свой столик.
У находившихся рядом вытянулись лица: как и Реципиент - я называю по имени-отчеству лишь в исключительных случаях…
В очень исключительных.
Но я знал, что делал: этот человек, не только выдающийся организатор и успешный предприниматель – каких на Руси ещё поискать надо, но и талантливый изобретатель. В моём «Посленании» про него пусто, как в церковной кассе после Великого Октября… Но из предоставленного Поскрёбышевым личного дела, я узнал что имя Федора Арсеньевича Пожарова стоит на патенте «бесфитильной горелки для жидкого топлива» за 1928-й год, авторского свидетельства на «приспособление к прессу для образования в металлических заготовках ушков, серег и т.д.» и, даже…
«Четырехконечного штампованного ножа для мясорубки», авторство на который он заявил в тридцать третьем…
А с таких людей, я готов лично пылинки сдувать!
***
