Текущая реальность (СИ) полностью

Сталин Василий Иосифович (январь-апрель 1960 года):

«Моя совесть чиста. Её невозможно запятнать лживым обвинением. Точно так же как ложью и клеветой нельзя запятнать память моего отца. Он принял из рук Ленина молодую Советскую страну, которой со всех сторон, в том числе и изнутри, угрожали враги, а оставил после себя великое социалистическое государство, окруженное братскими социалистическими странами. Разве это преступление? Этого ли надо стыдиться? О каком культе личности может идти речь? Отец был рулевым, который вел страну к процветанию и победам. За это его уважали. Вот и весь «культ». Слово-то какое мерзкое нашли. «Культ» – это когда поклоны лбом об пол бьют. Отца уважали и любили. Это не культ. Это называется – всенародная любовь. Можно памятники убрать, но любовь и уважение из сердец людей не уберешь. Это святое. И это навсегда. Уверен, что через сто лет про Хрущева с Булганиным никто и не вспомнит. А про товарища Сталина будут помнить всегда. Это я не столько как сын говорю, а как советский человек, коммунист, диалектик-материалист.

«Не бойся, что про тебя забудут товарищи, и не надейся, что забудут враги», – говорил отец. Так оно и вышло. Отец ничего никогда не говорил зря».

В принципе мне понятно, почему германский генералитет так вяло реагирует на мои предупреждения. Разработка плана «Барбаросса» происходила (да и сейчас происходит) сперва в очень узком кругу высшего военно-политического руководства Германии, к которому маршал Шапошников (выполняющий «дембельский аккорд» в качестве военного атташе в Берлине) не имеет доступа. Лишь с 1-го мая, когда общее планирование закончилось и была установлена окончательная дата начала операции, круг посвященных начал… Точнее, начнёт «воронкообразно» расширяться.

Приходится самому себе признаться, что «дал» так называемому «маху»:

- Мда… Это был фальстарт.

Ну, что ж…

Сделанного не вернёшь!

И лишь приходиться уповать на то, что согласно пословице:

«Всё что не делается – делается к лучшему».

Однако вскоре произошло событие, которое настроило меня на очень позитивный лад…

Вечером 21-го марта, уже после ужина - когда я приняв ванну и переоблачившись в пижаму, готовился с чистым телом и совестью до утра «баллонить», вдруг появившийся Начальник узла связи (а такой на Ближней даче имелся), принёс только что доставленный курьером пакет, а в нём долгожданную весточку от Бориса Михайловича.

Вскрыв наедине в своём кабинете и «по диагонали» пробежав глазами, я чуть до потолка не подпрыгнул:

- УРА!!! КЛЮНУЛО!!!

Как всегда по-военному сухо и кратко, маршал СССР сообщает, что на контакт с ним вышел не абы кто, а…

Сам глава военной разведки Третьего Рейха - адмирал Вильгельм Франц Канарис.

Вообще-то я больше рассчитывал на Вальтера Шеленберга, чтоб как минимум вбить клин между «Ваффен СС», а как максимум устроить германскому генералитету свой тридцать седьмой год.

Но если хорошенько поразмыслить, с Канарисом можно провернуть более изящную комбинацию, над которой уже работают в «XYZ» - сверхсекретном отделе «Службы Внешней разведки» (СВР СССР).

В принципе то, что?

Мне не нужна великая Победа в Великой отечественной войне, за которую так или и иначе придётся заплатить очень драгоценную цены – не десятки, так всё равно миллионы жизней.

И что взамен, вместо естественно гордости - заменившей поствоенным поколениям государственную идеологию?

Неизбежное противостояние один на один с Соединёнными Штатами, Холодная война и гонка вооружений, в первую очередь ядерных…

А мне, или моему народу это надо?

Если и надо, то в последнюю очередь.

Другой вариант: Советский Союз и Германия, стоят спина к спине – защищаясь, или нападая каждый в свою сторону и не посягая на «жизненное пространство» друг друга.

Что тут невозможного?

Да я с такими отморозками в 90-е «стрелы разводил», что… Хм, гкхм…