Толпа молчаливо расступилась перед истинной хозяйкой здешних мест. С первым словом бабушки Ази, царящая на поляне тишина, как мне казалось, приобрела чуть ли не физическое воплощение.
Двое леших в несколько секунд оттеснили стражей назад, попутно смешав их с толпой. Впрочем, моих друзей тоже отогнали.
— И что мы примолкли? Молодые да горячие, а ума что у тапочков… — встала рядом и принялась отчитывать нас словно неразумных дошколят бабушка Ази. — Один сначала делает, а потом думает. Вторая слишком увлеклась мнимой властью.
— Бабушка Ази… — заикнулся было я.
— А ты мне не бабушкай тут, Артем! Думается мне, что ты забыл свое предназначение. Ты защитник! — подойдя ко мне вплотную, Азамонда ткнула пальцем в мой живот. — Вот и защищай! Ой не думала, что мне придется учить тебя ответственности…
Замечательно, свою порцию нравоучений я получил. И в очередной раз мысленно похвалил себя за предусмотрительность: боевая маска скрывала сконфуженное выражение моего лица, как в общем-то и все остальные эмоции. Удобно, ничего не скажешь.
Если по делу, то от кого я тут, под неуязвимым куполом, их должен защищать, от Катарины или от самих себя или от кого? Непонятно. С момента моего здесь появления не было ни одного нападения (не беря в расчет самого первого нападения)! Повторюсь — ни одного! Либо Азамонда, как сказала бы моя бабуля, дует на воду, обжегшись на молоке… либо она знает то, чего не знаю я. Что-то такое, от чего я бы сразу начал затачивать клинки и перепроверять доспехи.
А что же наша бой-леди? Почему она молчит в тряпочку? На нее как-то совсем не похоже.
— Катарина, Катарина… — повернувшись к вышеозначенной особе, Азамонда горестно покачала седой головой.
Катарина молча покраснела, лишь стыдливо уставившись в землю под своими ногами. В свою очередь, лично я себя таким уж пристыженным не чувствую. Не я начал всю эту нездоровую тему.
— Договоритесь уж-жо меж собой. Мирно. — бросила напоследок госпожа Азамонда и отправилась себе восвояси.
Проводив взглядом Лесную Матерь, я задумчиво хмыкнул и перевел взгляд на своего теперь уже оппонента:
— Как думаешь, получится у нас сработаться?
Смерив меня агрессивным взглядом, Катарина развернулась ко мне спиной и, расталкивая попутно всех встречных, удалилась с площади.
Точно, я же стал свидетелем ее слабости. Наверняка она сейчас думает только о том, как опозорилась передо мной и перед всем лагерем. Так что наша душещипательная беседа откладывается на неопределенный срок. Но она, то есть беседа, состоиться все равно — слишком много Катарина взяла власти. И слишком плохо контролирует своих псов.
Рано или поздно нам придется уладить этот конфликт. Такие люди как Катарина не терпят недосказанностей. И пусть теперь я уверен, что понимаю суть ее претензий — не только пресловутый авторитет вкупе с жаждой власти, но и зачатки ксенофобии (неспроста она использует слово «люди» по отношению ко всем жителям лагеря). Однако, кто сказал, что от моего понимания ситуации нам будет легче договориться?
Народ, до этого момента праздно рассматривающий происходящее на поляне, тут же пришел в движение, разномастные огоньки суетливо засновали туда-сюда, торопясь покинуть площадь — время уже позднее, выспаться все хотят. Тем более, ничего интересного толпе уже не покажут.
К сожалению, в такой толкучке я не смог разглядеть то самое мутное пятно, так взбесившее меня пятью минутами ранее. Не знаю что это и откуда взялось, но до сути я докопаюсь! И кое-какой способ на примете у меня есть, но для осуществления задуманного мне нужна тишина и самый обыкновенный покой. А не вот это вот все.
Выдохнув воздух сквозь сжатые до боли зубы и повернувшись к своим, я жестом показал что все в порядке и махнул рукой в сторону дома.
— П-погодите! Погодите! — до моих ушей донесся заполошный крик.
Повертев головой, я смог зацепить взглядом источник шума. Ого, да это же наш привратник собственной персоной — гоблин Гун!
— Гун, ты чего тут забыл? — удивленно спросил я, поспешно подходя к шумному и в общем-то хаотичному гоблину. — Что-то стряслось?
— Гу-у-унчик, ты как? Трясешься весь! — мимо меня стремительным мангустом проскочила Уля и принялась суетливо осматривать гоблина. — Вроде не ранен. Так что такое то, Гун?
— Там! Тама! — бессвязно бормоча и выпучив на нас глаза, гоблин принялся тыкать в сторону купола.
Переглянувшись с командой,мы дружно кивнули друг дружке, после чего я выпрямился и сказал лишь одно слово:
— Веди.
Гоблин оказался шустрее, чем можно было бы ожидать от существа с таким низким ростом. Несся он совершенно не уступая мне в скорости! Конечно же я слышал про легендарную ловкость гоблинского племени, но вот чтоб наблюдать такое…
Позади были слышны легкие шаги Ульяны и хриплое дыхание Николая, уверен, что и близнецы где-то неподалеку. Просто я их не слышу.
Когда в просвете, зарождающемся под влиянием рассвета, между деревьями показался купол, я слегка сбавил скорость бега и плавно перешел на шаг, внимательно оглядывая представшую предо мной картину.
