По причалу шли двое полицейских в форме Дарак эль-Ватани. Двигались они не спеша, очень решительно. Жандармы считали, что сбежать с причала невозможно – разве что в море. Разозлившись, я посмотрел на мужчину в джеллабе. Тот улыбнулся и начал пятиться, ускользать от меня. Я перепрыгнул пять футов, разделяющих нас, и вырвал деньги у него из рук. Мужчина отшатнулся от меня и разом перестал улыбаться. Я приблизился еще на шаг, он снова отступил и упал в воду.
Мальчишки захохотали.
Так ему и надо!
По дощатому настилу застучали шаги. Я обернулся. Видя, как я наступаю на мужчину в джеллабе, Дарак эль-Ватани бросились бежать к нам. Я подошел к самому краю причала и шагнул в пустоту. Прежде чем мои ноги коснулись воды, я прыгнул в свое горное убежище в Техасе.
Чуть позднее я переместился в Вашингтон, на Юнион-стейшн, и с таксофона позвонил доктору Перстон-Смайту. Секретарь факультета сняла трубку после четвертого гудка, чем удивила меня: сочельник, как-никак.
– Кабинет доктора Перстон-Смайта.
– Он у себя?
– Доктор в конференц-зале, у него посетители.
– Ой, я звоню с таксофона и контактный номер оставить не могу. Когда мне перезвонить?
– Сейчас загляну в конференц-зал и спрошу, когда ему удобно. Как вас зовут?
– Дэвид Райс.
– Не вешайте трубку.
Дожидаясь ответа, я наблюдал за людьми, что спешили мимо ярко украшенных магазинов. Из колонок лилась рождественская музыка.
Мимо прохромал старик в клетчатом костюме, в рваном пальто и грязных кроссовках. Левая ступня была вывернута внутрь, подошва смотрела не в землю, а на другую ногу. При ходьбе он нагружал внешнюю сторону стопы, поэтому и хромал. Следом шла дама в шубе до колен и пристально смотрела вперед, разглядывая бесконечность. Когда хромой старик загородил ей дорогу, дама аккуратно обогнула его, одной рукой придерживая полу шубы, чтобы ненароком не коснуться старика. В другой руке дама держала пакет, полный красиво упакованных рождественских подарков.
Линия вновь ожила, но я услышал не секретаря, а доктора Перстон-Смайта.
– Извините, мне не хотелось мешать, у вас же встреча.
– Ничего страшного, мистер Райс. Мой секретарь не поняла, что вы звоните из Алжира.
– Нет-нет, я в Вашингтоне.
– Да? Не сможете приехать ко мне в университет?
– Я сам хотел попросить вас о встрече.
Я услышал, как доктор прикрыл трубку рукой, что-то сказал кому-то рядом с собой, потом спросил меня:
– Когда вы могли бы приехать?
Прямо сейчас! Очень захотелось прыгнуть прямо к нему в кабинет.
– Ну, дайте мне минут десять.
– Отлично.
За следующие десять минут я прыгнул в Техас, собрал немного наличных и разыскал старика с вывернутой ногой. Я вручил ему двадцать тысяч долларов, искренне надеясь, что его за них не прибьют. Через одиннадцать минут после звонка с Юнион-стейшн я стучал в дверь кабинета доктора Перстон-Смайта.
Тот сам открыл мне дверь:
– Заходите, Дэвид.
Я переступил порог и тут увидел, что за столом Перстон-Смайта сидит еще какой-то человек.
– Ой, я подожду здесь, когда вы закончите.
– Нет, пожалуйста, входите. Мы ждали вас, – проговорил незнакомый мужчина низким, звучным, хорошо поставленным голосом.
– Дэвид, это мистер Кокс, мистер Брайан Кокс.
Я кивнул и неохотно прошел в кабинет. Перстон-Смайт закрыл за мной дверь и показал на один из двух стульев. Сам он сел на тот, что стоял ближе к двери.
Что-то здесь не так…
– Я точно вам не помешал?
– Абсолютно точно, – ответил Кокс. Мясистое лицо, черные кудри очень короткие на висках, широченные плечи – он напоминал бывшего полузащитника, способного переломить меня пополам. – Мистер Райс, чем вы занимались в Алжире?
Я захлопал глазами:
– С чего вы решили, что я был в Алжире?
– В прошлую пятницу вы прошли алжирскую таможню. В субботу встречались с Бэзилом Теодором из посольства Великобритании. Вчера полиция преследовала некоего американца из тигзиртского отеля, уличенного в валютных нарушениях. Этот американец очень напоминает вас.
– Мистер Кокс, вы работаете в университете?
Почему-то мне подумалось, что это не так.
Кокс положил на стол черный кожаный портфель и открыл его. Из портфеля он достал удостоверение служащего Агентства национальной безопасности на имя Брайана Кокса. На удостоверении и фотография имелась. Вот черт!
– Что вам угодно, мистер Кокс? Раз вы побеседовали с доктором Перстон-Смайтом, то знаете, что я ищу Рашида Матара, и знаете зачем.
– Если бы вы остановились в обычном отеле, а не исчезли из уборной аэропорта, я поверил бы в этот вариант. В посольстве не смогли установить, где вы провели время между приездом и ужином с Теодором. Или где вы были между ужином и прибытием в Тигзирт. На кого вы работаете? На какой явке прятались в Алжире? Вы не один из нас. Мы и в других агентствах справки навели. Кто вы?
– Я Дэвид Райс, восемнадцатилетний американский подданный. Я ни на кого не работаю.
