— Прости, Улькиорра-кун, эта порция для моих друзей, а следующая для госпожи Рангику и всех остальных в Сообществе душ, а последующая для моих коллег, и ещё одна после этой для ребят в школе… У меня просто не хватает шоколада, чтобы поделиться, — она задумчиво погладила щёку. — Думаю, я могла бы разрешить тебе облизать ложку, но разве это не унизительно?
— В мире есть вещи и похуже, — ответил Улькиорра. Орихиме осторожно перелила шоколад в формочки.
— Ты же вроде должен был смотреть, не подбросила ли я сюда странных ингредиентов? Одного кусочка шоколада должно было хватить.
— Он был приготовлен отдельно. Ты могла положить что угодно в новую смесь.
— Можешь понаблюдать, как я делаю следующую.
— И позволить остальным остаться непроверенными? Тогда я плохо выполню свою работу, — Орихиме подняла ложку для размешивания и слизала остатки шоколада.
— Ну, я не против. Ах, но теперь мне придётся вымыть её перед тем, как использовать снова! — хихикнула она, неся ложку к раковине. Улькиорра схватил деревянную утварь.
— Ты сама сказала, что там рассол.
— А ты должен был уже выучить, когда я шучу, — беззаботно произнесла она, потянув на себя ложку, чтобы вытащить её из его рук. — Отпусти, её надо помыть.
— Там ещё осталось, — парировал Улькиорра. — Не надо выбрасывать еду.
Орихиме опустила голову и после двух попыток, закончившихся испачканными в шоколаде щеками, засунула ложку в рот.
— Проблема решена! Еда не выброшена, — рассмеялась она и, воспользовавшись его шоком, выхватила ложку. Правда, он быстро опомнился и снова потянулся за ней. Она кинула её в раковину, включая воду быстрее, чем он успел бы схватить её. — Тебе просто надо подождать, Улькиорра-кун! — она с удовольствием подумала, что его реакция на шоколад была идеальной; если эти ему понравились, то и испечённый для него торт тоже понравится. — Можешь, пожалуйста, положить формочки в холодильник? Я собираюсь сделать карамель для следующей порции, так что мне надо, чтобы на стойке ничего не было.
Он не сделал так, как его попросили. Вместо этого он развернул Орихиме, что эффективно подавило её радость, когда она увидела его раздражённое нахмуренное лицо. Она хихикнула, но как-то нервно. Краска разливалась от её щёк к ушам, к шее. Улькиорра вытянул руку и выключил воду.
— Орихиме Иноуэ, у тебя всё лицо в шоколаде.
Её глаза расширились. Если она и сомневалась до этого в наличии бабочек в своём животе, то теперь она была уверена в их существовании; они кружили там, словно пойманные в вихрь. Когда в последний раз он называл её по имени?
— У т-тебя температура, — она дёрнулась назад, подумав, что это подходящий ответ.
— Хмм, — вот и всё, что он сказал перед тем, как дотронулся губами до её щеки. Орихиме могла лишь следить за его проницательным взглядом, когда Улькиорра проводил языком по губам, пробуя на вкус шоколад, который он «сцеловал» с неё. Ей внезапно понадобилось опустить голову в раковину. Но Улькиорра не закончил. — И здесь ещё, — указал он и поцеловал уголок её рта. «Ой, не надо было дразнить его», — думала она, когда его губы легонько коснулись её и…
Мобильник начал звенеть.
Они оба сердито взглянули на провинившийся предмет. Улькиорра со скоростью ну-мне-не-хочется взял телефон со стойки и посмотрел на экран.
— Арисава, — сказал он, протягивая телефон Орихиме. Она уставилась на его, но её руки оставались на своём прежнем месте. Он прозвенел ещё два раза перед тем, как она заговорила странным голосом.
— Я не могу… — Улькиорра моргнул. — Я не могу взять телефон, — пояснила она, играясь с фартуком. — Мои руки все в шоколаде… Я не могу сейчас говорить, — она пожала плечами. — А ты спишь.
Улькиорра посмотрел на её нервные движения и отведённый в сторону взгляд, и смысл, стоящий за нечестностью, стал ясным.
— Понятно, — он положил телефон на раковину позади неё. — Тогда с этим ничего нельзя поделать.
Прежде, чем Орихиме смогла понять, во что она себя втянула, руки Улькиорры уже были в её волосах, и он целовал её. В её голове бились между собой две мысли: надо положить шоколад в холодильник и то, как он касался своими губами её, было как-то робко. Первая мысль сразу же погасла под мягкими прикосновениями его пальцев к её шее.
Впервые мозг Улькиорры был затуманен. На него и так уже подействовала высокая температура, а когда он понял, что у губ женщины вкус шоколада, то сконцентрироваться на чём-то другом становилось невозможным. Его разрозненные мысли затихли, покой занял место противного беспокойства, от которого он безуспешно пытался скрыться в течение всей недели. То, как она подавалась ему, как держала руки у него на груди — всё это похоронило безутешный вывод, к которому он приходил, покинув Сообщество душ.
Женщина не ответ.
Прохлада этого утверждения достигла его разума даже сквозь мысленный туман, отчего он отклонился назад, но не слишком сильно. Прижимаясь к его лбу, она чувствовала, что он всё ещё горит, а он мог видеть вопросы в её глазах, сокрытые за вуалью разочарования.
