— А, — одним только звуком он каким-то образом смог одновременно сделать ей выговор по поводу её здоровья и выразить своё беспокойство касательно того, что она не поправлялась так быстро, как на то надеялись врачи. Ничего не ответив, она таким образом упрекнула его в излишнем беспокойстве.
Орихиме наблюдала, как Улькиорра работает за кассой, он по привычке вытягивал руки, чтобы не дать выдвижному ящику вылететь и ударить его в живот. Она слышала, что с тех пор, как он начал работать тут, эта машина перестала работать исправно, но Урахара всё ещё не позаботился о том, чтобы заменить её. Орихиме надкусила печенье.
— Улькиорра-кун.
— Ммм.
— Это может прозвучать немного внезапно, но я очень много думала об этом и, — она глубоко вздохнула, — я хочу сократить свои рабочие часы в булочной. — Улькиорра снова взглянул на неё. — Мне не надо так много работать. Твоя зарплата покрывает большую часть счетов, и, когда ты добавляешь свои деньги к моим… Мы экономим много денег.
— Ты могла бы ещё раньше это сделать, — произнёс он, закрывая выдвижной ящик кассы.
— Наверное, — она взглянула на свои руки. — Я не хотела пользоваться твоей добротой, ой! — пискнула Орихиме, когда Улькиорра схватил её за подбородок и повернул лицом к себе. Он пристально и раздражённо смотрел на неё, но что важнее — они практически соприкасались носами. — Хорошо! Я буду пользоваться твоей добротой! — вскрикнула она, а её кожа залилась краской.
Она думала, что он тут же её отпустит, но, похоже, Улькиорра отвлёкся и не опустил руку. Что происходит? Сердцебиение Орихиме неестественно ускорилось. Её мысли улетели в опасную зону, глаза сместились на его рот…
И тогда Улькиорра смахнул пятно желе с её щеки и отстранился.
— Ты сможешь получше сконцентрироваться на своём выздоровлении, — отметил он прежде, чем сразу уже исчезнуть в глубине коридора. Ему надо взять себе одну из этих закусок, тогда он не станет рассматривать её губы на предмет наличия оставшихся крошек.
Десятое ноября
— Вот этот. Точно этот, — сказала Орихиме, показывая Улькиорре пальцем, чтобы он повернулся. — Видишь, не висит так плохо на спине, как предыдущий. Ничего уж не поделаешь, раз ты такой тощий. Если мы будем пытаться это скрыть, будет выглядеть, словно ты донашиваешь чьи-то вещи.
— Я не понимаю, зачем мне нужны ещё свитера, — Улькиорра поправил кофту с длинными рукавами, которую примерял.
— Потому что зима, а у тебя их всего два, которые я купила в прошлом году на нищенскую зарплату. Разве этот не симпатичнее? Смотри, ткань лучше, так что не вытащишь из стиральной машины вместо него кучу ниток, — Орихиме затолкала его обратно в примерочную. — Следующая кофта!
— Мы здесь уже час, — пожаловался Улькиорра, но она даже слушать не стала. Она махала рукой, пока он не исчез в кабинке со смиренным вздохом.
Опираясь на слова Татсуки и Чизуру, одежду вместе покупали женатые парочки, именно поэтому, как предположила Орихиме, они не пошли с ними. Они, определённо, придирались к ней. Орихиме вежливо напомнила им, что Улькиорра — её ответственность, против чего они сразу выступили, заявив, что это звучит, будто он собачка. Дверь открылась, и Улькиорра вышел в белой рубашке.
— Рукава слишком длинные, — Орихиме подошла к нему и подняла его руку.
— Да, но, когда такое случается, ты просто загибаешь их вот так, — она закатала один рукав, затем сделала то же самое с другим, освобождая руки Улькиорры. — Вот! Что думаешь?
— Возможно, выглядит формальнее необходимого.
— А что не так с официальном стилем? У тебя нет ничего официального, а что если завтра тебя вызовут на встречу с императором? Я не отправлю тебя к императору в дешёвой футболке.
— Зачем меня вызывать на встречу к императору?
— Не смеши меня! — крикнула Орихиме, потянувшись к воротнику и поправив его. — Тебе нужен галстук.
— Извините, — пропел голос справа от них. Двое работников, толкающих тележку с одеждой, пытались пройти, улыбаясь в попытке извиниться. Орихиме, не задумываясь, подошла поближе к Улькиорре, её руки соскользнули с воротника ему на грудь, вызвав резкий вдох у бывшего Эспады. Он оставался неподвижным, пока работники не прошли мимо, затем отшатнулся от Орихиме, словно она обожгла его.
— Никаких галстуков, — угрюмо произнёс он.
— Совсем-совсем? — Орихиме подняла один палец. Дверь примерочной захлопнулась перед её лицом.
Пятнадцатое ноября
— Так холодно! — Орихиме затянула шарф потуже у себя на шее. — И что хуже, кажется, дождик собирается.
Это был мрачный день, нарушивший марафон солнечной и довольно бодрящей осенней погоды. Такой тип холодов, которые пробирались под одежду, пропитывали кожу и холодили каждую косточку.
Улькиорра же шёл на работу подготовленным. Он держал в руках нераскрытый зонт, который он, не раздумывая, протянул Орихиме.
— Защити себя.
— А как же ты? — спросила она, держа зонт перед ними, а затем открыла его.
