Лекарша, которой было глубоко все равно, кому она лечит и кто ей платит (лишь бы платил), выписала счет и запечатала конверт, который вечером предполагалось отправить заказным письмом по указанному адресу. Странная система оплаты — заметил для себя маг. Он привык сразу расплачиваться деньгами, и его очень удивляло, что можно назвать чей угодно адрес, и туда вышлют счет на оплату. Вот занятно: если кровные враги лечатся за счет друг друга.
— Как вас зовут-то? — встрепенулась женщина, когда увидела, что Идалгир торопился к выходу.
— Андвей, — сквозь вату представился маг.
— ИНН, паспортные данные, прописка, фамилия ваша, наконец, — затарахтела вдруг лекарша.
Незнакомые слова ужасали гостя из другого мира. В Вейлинге не знали таких вещей. Похоже, все это и было залогом того, что счет направляется по правильному адресу, и что он все равно будет оплачен. Все замечательно, но у Идэ не было ни первого, ни второго, ни третьего. А его фамилия Слэйос вряд ли бы подошла обидчику Ларисы. Как отшутиться, да еще и со ртом, полным ваты, с онемевшей от странного укола верхней губой, не представлялось возможным.
Надо будет расспросить Ларису и о системе оплаты, почему не удается жульничать, а заодно и узнать ответы на волновавшие доктора вопросы. И сейчас единственный выход — бежать. Идалгир по примеру своего предшественника бесцеремонно открыл дверь и выскочил наружу, пока тетка не успела сообразить, что отправлять счет ей придется без некоторых важных данных.
Но расслабиться Идалгиру не пришлось. Как только он выскочил из порядком надоевшего кабинета, он выплюнул на пол окровавленную, засыпанную раскрошенной зубной пылью, всю в слюне вату.
— Вот дерьмо! — выругался маг вслух, с ненавистью посмотрев на дверь покинутого только что кабинета.
Уходить, желательно сквозь землю и мигом, — решил он, когда ручку потянула на себя невысокая элегантная брюнетка в бардовом костюме. Магу стало до боли в сердце жаль ее, но лечить чужие зубы у него не было ни времени, ни сил.
Зато он без особого труда сковырнул свежую цементную пломбу, и после нескольких секунд применения простенького лечебного заклинания, зуб был как новенький. Но Идалгир устало зевнул. Он еще не восстановился после выматывающего исцеления. Все же, он не лекарь, и целебная магия дана ему ровно для того, чтобы без посторонней помощи починить зуб, остановить кровь или заживить незначительный порез. Остальное требовало у мага сил больше, нежели привычные ему боевые заклинания. Эх, Офелию б сюда. Принцесса бы прыгала от счастья по больнице, изучая здешние технологии врачевания и набираясь ценнейшего опыта в операционных.
Но только Идалгир расправился с совершенно ненужной ему пломбой, как его внимание привлек возглас:
— Вот он!
Маг обернулся на голос и понял, что дело не просто плохо, а ужасно. В его сторону по длинному желтому коридору направлялись плечистый мужчина и две медсестры в коротких халатах, те самые, что сопровождали его в операционную. А та, копия любимой Офелии… это она направила мага в лифте на четырнадцатый этаж. В ловушку?! Идалгир мигом смекнул, что ему надо срочно исчезнуть, и бросился бежать куда глаза глядят, лишь бы в противоположную сторону от преследовавшей его троицы.
Свободное пространство закончилось мгновенно, когда Идэ почувствовал, как уперся спиной во что-то твердое. Обернувшись, он вздохнул с облегчением — окно. Он стоял на широкой площадке, справа и слева — лифтовые двери, а спереди — проклятый коридор, по которому прямо на мага уверенно шли трое лекарей. Выход один. Разбив локтем окно, Идалгир выпрыгнул, читая на ходу заклинание полета.
— У нас в морге места имеются? — цинично спросил плечистый мужчина, как раз в тот момент, когда Идалгир прям-таки ускользнул из его объятий.
— Найдем, бомжа очередного студентам препарировать отдадим… — так же цинично ответила красноволосая медсестра.
Четырнадцатый этаж — довольно высоко, легко разбиться. Но низковато, есть вероятность не успеть прочитать заклинание. В чужом мире и притяжение может оказаться иным, и тогда пиши пропало. Если Офелия выживет в пещере Зверроса, будет она плакать на его, Идалгировой, могилке.
Поток воздуха подчинился магу, образовав ему перед самым приземлением мощный клин, что даже прошлогодние подгнившие листья разлетались на десяток метров в стороны. Бешено кружилась голова. Перед глазами потемнело. Не успевших до конца восстановиться после лечения сил едва хватило на безопасное приземление. А то б весьма эффектный трюк оказался бы предсмертным.
Ноги подкашивались, руки тряслись, Идалгир облокотился на стену и тяжело дышал. Разумом он понимал, что врачи сейчас сломя голову мчатся вниз, чтобы собрать его останки. Как же будут они удивлены, когда увидят целого и на первый взгляд невредимого мага. Да для них все чудеса не существуют.
***