Простые. Магией не наделены. Торговцы из пустыни. Слишком уж легко для нашего края одеты были.
— У вас в продаже ткани, чтобы на телегу натянуть, не будет? Как-то не ожидал я, что дожди в пути застанут.
Они развернулись, как-то все разом. Прошлись по мне взглядом, явно изучая.
— Оборотень, — сплюнул ближайший, — шел бы ты отсюда...
— Человек, — я усмехнулся... — Магии ни капли, иначе поостерегся бы. Я ведь по-хорошему спросил, а могу и по-плохому взять то, что мне нужно...
Склонив голову, улыбнулся.
— Да я тебя зашибу, бешеный, — ожидаемо их главарь двинулся на меня и тут же замер, стоило мне оскалиться и показать своё истинное лицо.
За спиной заголосили и разбежались девицы. Зашипел Рыжик, и я плотнее прижал его к себе. Еще не хватало потерять его или вдруг ему навредят. Перед Касси не отмоюсь. Зарычав сильнее, я медленно оборачивался.
— Ткань или сдохните здесь все.
Заржали лошади и встали на дыбы. Мужики заголосили и, не сговариваясь, полезли под телеги.
— Куда? — рявкнул, надвигаясь на них.
— Бери, — пропищал кто-то из повозки. — Все забирай, бешеный, только нас не трогай.
— За «бешеного» загрызу, — мое и без того поганое настроение становилось все хуже. — Показал свою рожу и дал мне то, что прошу.
Для пущего устрашения Рыжик истошно шипел на этих доходяг. Шерсть на его загривке и хвосте встала дыбом.
Нет, ну я окончательно зауважал этого кота.
— Держи, волк, - в меня полетел какой-то сверток...
Проследив за его приземлением в грязь, я окончательно вышел из себя.
— Вылез, поднял и в руки мне дал. Жить хочешь, мужик, выполняй!Ни шороху.
— Ну я предупреждал.
Еще шаг к телеге, и из-под нее показался тот первый доходяга. Не спуская с меня взгляда, он на четвереньках подполз к сложенной ткани и, подняв трясущейся рукой, протянул мне.
— А крепежи? — я усмехнулся, считай, оскалился.
Мужик побелел еще больше...
— Сейчас будет, — запинаясь, пролепетал он и полез в телегу.
Я стоял и ждал. Вокруг медленно собирался деревенский люд, выглядывая из-за заборов. Вот мне еще такой славы не хватало.
— Мне долго ждать? — зарычал от всей души. — Ты что, веревку найти не можешь?
— А телега-то какая? — донеслось до меня.
— Да вот глотку у ручья таким, как вы, выдрал и их повозку забрал! Так что такая же, в какой ты зад свой прячешь!
И тишина. Вообще, ни звука, только ветер по земле листву гонял, тихо шурша.
— Так это ты наш товар отбил, выходит, — мужик несмело выглянул. — Здесь неподалеку... У ручья тела были. Растерзанные...
Теперь он куда внимательнее разглядывал меня.
Вот только в смотрины мне играть было некогда. Хотелось до сумерек со всем управиться и больше времени провести в доме с Касси.
— Верёвку мне быстро! — Я терял терпение. — А то присоединишься к ним... Не раздражай, мужик, по-хорошему же пришёл не забрать, а купить!
Чем сильнее злился я, тем важнее и показательнее Рыжик шипел на них, обнажая острые зубки. И забавным он в этот момент совсем не казался.
— Ты... — главарь запнулся, глядя с опаской на кота. — Ты ничего там не забрал... — Он несмело выбрался из телеги с мотком верёвки. — Я ещё подумал: убить убил, а пропало так по мелочи. И телега, да... но другую оставили...
Он так и стоял, таращась на меня. Время моё тянул. Остальные торговцы даже признаков жизни не подавали, быстро вся спесь с них сошла, и смелость закончилась.
Где-то вдалеке охали и галдели бабы, и этот звук подозрительно становился громче.
Наконец, мне всё это изрядно надоело. Сделав несколько шагов вперёд, я отобрал у мужика злосчастный моток.
— Сколько должен? — рявкнул на него.
— Что? — он, казалось, вообще о чём-то своём думал, поэтому как-то нелепо подпрыгнул на месте от неожиданности.
Смутился. И зыркнул в сторону своих, словно проверяя, заметил ли кто его трусость или нет.
— Ты глухой? — Я склонился к нему ниже. — Сколько тебе должен?
Он вздрогнул. Уставился на меня и, кажется, не дышал.
— А ты куда, перевёртыш, путь держишь?
Шипеть даже Рыжик перестал. Приподняв бровь, я смерил мужика таким взглядом, что любой другой бы удавился и прикопался. Этот же рассматривал меня как диковинный товар.
Моя ярость притупилась, сменившись любопытством. Нет, ну слышал, что потеет. Боялся, но одновременно ещё и выгоду какую-то искал.
Я, конечно, знал, что торговцы — народ деловитый, но чтобы вот так...
— Ты, человек, совсем страх потерял? — уточнил, так для общего понимания.
Он важно пригладил бороду трясущейся ладонью. Глаза шальные. Горят, мысли в них крутятся.
— Что ты лопочешь? — рыкнул ему на самое ухо.
Тот глазами хлопнул и дальше бороду пальцами давай прочёсывать.
— Ты не взял ничего, — повторил он в который раз. — Выходит, не разбойник. Но очень силён. И верёвку купить хотел. Она бесплатная, — тут же нашёлся он. — Но если нам по пути, то и прочим снабдим. С тебя и не потребуем ничего. Ты просто за нашим обозом поедешь.
У меня челюсть вниз отъехала. А вот Рыжик мордой заводил. Видимо, слово «провизия» было ему хорошо знакомо. Нос так и работал, вынюхивая, что там у торговцев в телегах.
