Яркие листья размером с зонт всех оттенков зелёного. Огромные и высокие стволы деревьев с гладкой корой. Трава шириной с ладонь и выше роста человека. Лианы, как толстые змеи, спускавшиеся с крон. Гигантские цветы напоминали диковинных бабочек. Рейлин старалась не выдавать, как каждая смена пейзажа её поражает. В Вирте было проще сосредоточиться на цели. В реальности же, видя хаотичные нагромождения растений, Рей понимала, что их единственный автор — природа, и поражалась её силе и мощи.
Террон шёл не спеша, и это задевало Нову, словно принц бережет её силы. Она ни разу не приняла его поданной ладони даже на самых тяжелых участках дороги. Хорошо хоть, её физическая подготовка позволяла самостоятельно справляться со всеми преградами. Орион молчал: может быть, её поведение его раздражало, может быть, он размышлял о чем-то своём. Но эта тишина не была тягостной, скорее Нова впервые осознала, что им обоим комфортно молчать в компании друг друга. Странное единение, когда сосуществовать рядом проще без слов. Каждый их разговор был как бой, молчание — минутой отдыха.
Дорога по джунглям заняла не меньше часа, но наградой стал живописный пейзаж. Спокойное озеро с чистейшей водой, по краю которого в каменных глыбах песчаного цвета угадывались древние развалины.
— Мы пришли, — сказал принц и протянул ей фляжку.
Рейлин, упрямо шедшая за ним, восстановила дыхание и приняла воду. Последняя часть маршрута была тяжелым подъем в гору.
Нова смотрела на невыносимо синее небо, лёжа на камнях. Ветра не было, солнце припекало, вгоняя в апатию. Впервые в жизни ей не хотелось ничего делать. Террон, по её мнению, занялся самым странным для принца делом — рыбалкой. Ей же выдали единственное распоряжение — быть у него на глазах, словно безопасность этого места была лишь относительной.
Рейлин хотела обойти все озеро, но, забравшись на самую высокую каменную глыбу, она остановилась. Вид оказался слишком хорош, так что она решила задержаться тут. Рей вдруг захотелось поразмышлять обо всем в одиночестве и в покое.
Террон не отвечает на её вопросы о возвращении на Эдем. Намекает на то, что форма армии Селестины ей к лицу. Соблазняет магией своего рода.
Он не хочет её отпускать…
Рейлин прикрыла глаза тыльной стороной ладони. Солнце было таким ярким, что кончики пальцев пропускали лучи и мягко светились розовым цветом.
Или это всего лишь попытка затащить её в постель?
Зачем она к чертовой матери принцу? Он ведь только и делает, что указывает Нове на её слабость и бесполезность.
После всего, что произошло в Галерее Единства, Рей снова чувствовала себя никчёмной. Она вспомнила всё события со дня появления принца. Сколько намеков и явных нестыковок.
Люциус использовал Нову с момента первого разговора в госпитале. На его удачу Рей всего лишь интуит, и ему — высшему эмпату — не составило труда запудрить ей мозги. Возможно, он и сомневался, но, выяснив слабые места, начал действовать… Взрыв машины. Первое покушение на принца в межмировом порту показало, что способности Рей против подобного бесполезны. Точнее она сама в этом призналась.
В какой момент она наконец начала подчиняться Люциусу и играть по его правилам? Когда в смятении ворвалась в его кабинет после боя с Терроном? Она считала, что это принц ею манипулирует и пытается управлять, а в итоге её слабостью воспользовался Люциус.
Во второй раз Люциус добился её согласия, когда она вернулась к должности телохранителя. Была ли стрельба по Армории случайностью или ещё одним запланированным ходом?
А ведь правила она обозначила, ещё когда переехала в штаб. Бывший курсант военного училища не привык оспаривать приказы, какими бы дерьмовыми те не были. Нову треть жизни учили подчиняться. Весь непреклонный и несгибаемый характер Рейлин — фарс. Субординация у неё на подкорке.
Может это чувствует и Орион, считая, что, если Нова попадёт в его подчинение, она точно больше не станет противиться ему.
Вязкий сон все-таки заставил Рей сомкнуть веки.