Ноктис немного удивился. Лайтнинг обычно до звона сдержанная, сейчас так явно демонстрировала свою злость. На этот уровень эмоций она переходила тогда, когда он действительно доставал её, а она больше не могла терпеть. Так было в медкрыле, когда она потребовала убрать её из охраны. Так было в раздевалке, когда он завёл разговор о её дружке Страйфе. Так было ночью, когда она поняла, что Ноктис взломал систему слежения.
Ноктис вспомнил и поцелуй, проследовавший дальше. Ещё одно проявление её сдерживаемого темперамента. Сорвавшаяся Фэррон, злившаяся и метавшая молнии, обжигала и теперь ассоциировалась у него только с той страстью и возбуждением.
— Ты как-то пыталась убедить меня, что я сам могу выбирать себе охрану, — спокойно ответил он, будто даже шутя. Лайтнинг показалось, что Ноктис продолжает над ней издеваться.— Мне не понравилось поведение Рейнса в отношении тебя, я отстранил его, — пожал плечами принц.
— Я сама могла бы с ним разобраться, — сквозь зубы ответила Лайтнинг.
Ноктис сложил руки на груди и наклонил голову, совершенно спокойно рассматривая злую, перевозбужденную Фэррон. Ему ведь хотелось коснуться её и разрешить выпустить это напряжение на себя. Какой головокружительный секс бы вышел. Но Ноктис уже запретил себе к ней прикасаться.
— Ты специально уничтожаешь мою репутацию перед подчиненными, мстишь мне за то, что я не подпускаю тебя к себе?! — все так же зло спросила Лайтнинг.
Ноктис улыбнулся, отведя от неё взгляд. Она не подпускает?! Это он сам не разрешает себе трогать её. Утром ещё мог позволить, а сейчас уже нет.
Ноктис отдернул себя. Может все-таки послать ко всем чертям благородство? Игнис не врал, когда сообщил, что они скоро уйдут, но очень удачно ввинтил это в ситуацию. Это ведь не Ноктис, а Игнис за него решил остановиться, пока не поздно.
Хреновый из Игниса психолог, раз уж Нокт даже вовремя ссоры с Лайтнинг продолжает думать только о том, как им было бы хорошо вместе. И все запреты только усиливают эти желания. Разве нормально разговаривать с человеком, а в мыслях за каждым его словом или действием видеть постельные сцены? Это смахивает на помешательство.
Помешательство, которое нужно разрушить, пока не поздно.
— Фэррон, ты сама уничтожаешь свою репутацию, заявившись ко мне в комнату практически ночью, — сказал Ноктис.
Лайтнинг сжала пальцами перила:
— Ты не тронешь меня, пока за нами следят камеры, — сказала твёрдо Лайтнинг, показывая, что Ноктис не заговорит ей зубы.
Ноктис в противовес этих слов сделал шаг и поворот, встав за ее спиной. Хотелось окружить Лайтнинг руками, толчком бёдер прижать её животом к ограждению балкона, а руками удерживать запястья на перилах. Чтобы можно было почувствовать её тело близко и не дать слишком быстро вырваться. Продолжить отвечать уже шепотом на ухо. Но чертова реакция Фэррон не позволила. Она до обидного легко ускользнула — сделала шаг в сторону, Ноктис поймал лишь её запястье в кулак.
— Откуда такая уверенность? — спросил он, злясь.
Лайтнинг впервые за несколько дней вновь почувствовала страх перед принцем. Она смотрела ему в глаза, и теперь из них двоих, кажется, Ноктис был в бешенстве.
— Почему меня должны останавливать чужие взгляды? Это твоя репутация, твои подчинённые, — сказал он, не отводя глаз.
Пальцы Ноктиса настолько сильно сдавили запястье Фэррон, что появилась чёрная отметина. Но Лайтнинг молчала, терпя эту боль. Пусть отрезвит её, держа на острие сознание и интуитивные реакции. Ситуация патовая и опасная.
— Ваше Величество, возьмите себя в руки, — обдала она его ледяным тоном, задрав голову выше.
Ноктис резко дернул её запястье на себя. Чтоб не потерять равновесие, Лайтнинг пришлось по инерции сделать пару шагов прямо на него. Он все-таки прижал ее к перилам, только лицом к себе. Ноктис навис над Фэррон, упираясь лбом в лоб и сдавливая по краям от неё ограждение.
— Лайт, я сделал то, что посчитал нужным. Мне не понравилось поведение Рейнса и то, как он на тебя смотрит. Зачем мне было ждать, пока ты разберёшься с ним, если проблема решалась быстро и просто, — рыкнул он.
Столько личных местоимений, а ещё её сокращённое прозвище… Кажется, Ноктис впервые назвал Фэррон так. Это обращение позволяли себе только близкие. Лайтнинг подняла подбородок выше, почти запрокинула голову, наплевав на то, что в таком положении, когда Ноктис нависает над ней, это движение слишком похоже на то, что она сама тянется к его губам. На вдохе тихим голосом она спросила:
— Страйф тоже стал проблемой?
Ноктис весь сжался и не только от этого вопроса, но и от тона Лайтнинг, который в контраст словам был чувственным и таким многообещающим. Это ведь не он — она так мстит. Плевать Лайтнинг хотела на Рейнса, пришла она только потому, что Ноктис обидел «её мальчика». Он прошипел:
— Лайт, хочешь, чтобы я действительно разозлился?
Фэррон отвела от него лицо в сторону.
— Я всегда решала свои проблемы сама. Для этого мне не нужна чужая помощь, — сказала она, больше не смотря принцу в глаза.
Ноктис ухмыльнулся. Все ещё пытается строить перед ним сильную и независимую… Хорошо.
