Огонь, много огня в ночи… Он и сам был способен призывать это пламя, обращая на врагов, но с каким с трудом ему это давалось. В языках огня Ноктис иногда видел лица мертвых людей, погибших, когда ему было восемь. Однажды отец сказал ему: если он не отпустит это, не перестанет сожалеть, сила Люцисов никогда не придет к нему. Даже если он получит чёрный перстень.
Лунафрея… Луна говорила ему, что он особенный, он — мессия, он спасёт их мир от скверны. И Ноктис старался для неё. Перестал бояться и отступать перед чужими смертями, перестал их замечать…
Отец умер, чтобы Ноктис смог сбежать от Нифельхейма. Луна погибла ради того, чтобы передать ему кольцо Люцисов.
И круг замкнулся. Он снова ненавидел себя и свою королевскую силу. Зачем она ему, если он не может защитить своих близких?
Лайтнинг тоже презирает эту силу, как и он сам. Будто она понимает его суть больше других, будто Клэр его часть.
Ноктис стоял в середине гнезда огненных волков. Он по следам сбежавшего нашёл их убежище и спалил дотла, чтобы они не вставали больше на его пути.
***
Кэлум перенесся в пещеру и увидел Лайтнинг, сидящую на каменном полу у стальной двери. Она оделась, но всё равно накинула на плечи одно из шерстяных одеял. В пещеру редко проникал солнечный свет, так что она оставалась холодной и влажной.
— Я надеялся, ты проспишь дольше, — сказал Ноктис немного устало.
Ей пришлось прищуриться, подняв взгляд от пола. Лайтнинг видела лишь темный силуэт на фоне неба с проблесками зари.
— Давно проснулась? — спросил принц.
— Час назад, — пожала она плечами, назвав время наугад.
«Шесть часов сна», — подвёл итог про себя Кэлум. Ему обычно после такого нужно было часов десять-двенадцать. Фэррон хоть в чем-то обставила его. Если бы он знал, не стал оставлять её одну… Или… Он пошёл на ночную охоту из-за того, что не мог находиться с ней на базе. Выжег гнездо огненных волков, обосновавшихся рядом с ними, и остаток ночи искал что-то пригодное к пропитанию. Хотелось сбросить всю накопившуюся злость и нерастраченное желание. Выплеснутся в какой-нибудь драке. Ноктис вернулся настолько утомленным, что сил на злость и споры уже не осталось.
— Есть хочешь? — спросил он, зная ответ Фэррон.
Лайтнинг вначале молчала, будто безуспешно пыталась рассмотреть Ноктиса. Есть ей хотелось, но обессиленная она так и не открыла ни одного сухого пайка в столовой.
— Есть и пить, — призналась Фэррон, разомкнув пересохшие губы.
Ноктис вдруг увидел её полную беспомощность. Лайтнинг не завершила процесс восстановления после регенерации, просто не смогла проспать положенное время. Он наклонился и легко подхватил её, неся внутрь базы. Фэррон отстранённо подумала, что за последние несколько дней Ноктис слишком часто поднимает её на руки.
Кэлум усадил Фэррон на скамейку в столовой, налил воды и, сняв рюкзак, начал расправляться с добытым.
Самым сложным в охоте в одиночку оказалось найти хоть что-то в ночных джунглях. Гладиолус справлялся с этим на раз, он вообще был хорошим следопытом. Он таскал Кэлума в походы и на сафари с детства, только, к сожалению, сейчас Ноктису это не помогло, разве что с рыбалкой.
Гладиолус был лучше него в охоте, Игнис — в приготовлении еды… Ноктису не хватало их. Или он хотел быть лучше, чем есть на самом деле для девушки, которая молча сидела за его спиной.
Кэлум, не долго мучаясь, сунул пару кусков мяса в местный кухонный аппарат, который уже сам подобрал и температуру, и время приготовления. Игнис, наверное, убил бы его за такое кощунство.
Закончив, Ноктис развернулся к Фэррон. Девушка как будто спала с открытыми глазами. Голубые глаза, словно стекло, смотрели в одну точку, мимо Ноктиса.
— Отнести тебя в кровать? — спросил он спокойно.
Лайтнинг передернулась и посмотрела на него внезапно острым взглядом.
«Все ещё злится на меня. Интересно, за что в этот раз?» — отстранённо подумал он.
— Так будет ещё несколько часов, тебе лучше поспать, — спокойно посоветовал Ноктис.
— Это всегда так паршиво проходит? — спросила Лайтнинг, показывая ему, что сознание и голова её все-таки работают как прежде.
Ноктис усмехнулся:
— Откуда мне знать. Я предпочитаю спать в период восстановления… У тебя какие-то проблемы со сном, снова кошмары? — наконец спросил принц.
Лайтнинг поморщилась:
— Поем — пойду спать, — упрямо ответила она.
Ноктис сжал украдкой кулаки — даже здесь зачем-то сопротивляется своим желаниям. Кэлум не стал спорить и молча вышел. Он успел переодеться и смыть следы ночной охоты с себя, пришлось забинтовать предплечье, которое он, оказывается, оцарапал и не заметил. Когда Кэлум вернулся, мясо было готово.
Ноктис поставил перед Лайтнинг тарелку и сел на скамью рядом, не отводя взгляда от девушки.
Лайтнинг испытала какое-то чувство благодарности. В этот раз принц не стал насильственно к ней прикасаться, как прежде, держал пусть и минимальную, но дистанцию. Она под его ожидающим взглядом аккуратно ножом и вилкой отрезала кусок предложенного блюда и положила в рот.
