Тем, кто хочет знать полностью

К л а р а. Ну! Здесь мне даже полковники улыбаются… Интересно, какие платья будут носить после победы? Перед самой войной забрала я из мастерской креп-жоржетовое. Васильковое, а отделка белая. Боюсь, из моды вышло.

Н и н а. И в немодном хороша будешь.

К л а р а. Не смейся. Ты вот красивая. Не так даже красивая, как интересная. Шарм. Ну и офицерское звание, штаб дивизии. Наверно, влюбляются пачками, да?

Н и н а. Один бы полюбил.

К л а р а. А ты в него влюблена?

Н и н а. Нет. (Помолчав.) Я люблю его.

К л а р а. Разлюби!.. Не можешь, да? Невозможного нет. (Оживилась.) Забыла же того женоненавистника, а как переживала на Западном фронте! И этого забудешь… Слушай, а слезами не пробовала? Попробуй. Для самых бесчувственных наши слезы — как прямой наводкой!

Н и н а. Не родился человек, из-за кого заплачу.

К л а р а (после паузы). А может, все-таки любит?

Н и н а. Другую.

К л а р а. А тебе какое дело! Эх, не так уж, видно, любишь, а то дралась бы за свою любовь… Вольнонаемным, конечно, удобнее — и за косы оттаскать разлучницу можно… А ты еще партийная, да?

Нина отрицательно покачала головой.

Нет?! Ну я бы на твоем месте… Почему не подаешь?

Пауза.

Н и н а. Хотя бы потому, Клара, что разлучница-то вроде я.

К л а р а. Женатик? Многодетный, да?..

Нина молчит.

Большой начальник, Нина?

Н и н а. Герой Советского Союза.

К л а р а. Плохо! Скажут, на Героя нацелилась! Да еще от другой отбиваешь… Это против партийного устава, да?

Н и н а. Против совести. В партию надо, когда… чиста каждой мыслью.

Прибегает  Ш о ф е р, из разбитных, с ведром.

Ш о ф е р. А где тут, девчаточки, водичка?

Н и н а. Среди девчаточек есть офицер.

Ш о ф е р. Извиняюсь, я полагал, вы — медицина.

Н и н а. Обратитесь, как положено.

Ш о ф е р (подтянулся). Товарищ младший лейтенант, разрешите…

Н и н а (Кларе). Покажите ему, где вода.

К л а р а. Белый сарай видишь? А слева — водоем.

Слышны беспорядочные выстрелы.

Ш о ф е р. Не волнуйтесь, у меня в кабине автомат.

Н и н а. Принесите! Всем водителям вооружиться!

Шофер убегает. Подползает  Е р и к е е в.

Е р и к е е в. Немцы, товарищ младший лейтенант.

Н и н а. Сколько их?

Е р и к е е в. С десяток.

К л а р а. Может, они сдаваться?

Е р и к е е в. Эти — нет.

Возвращается  Ш о ф е р  с автоматом.

Ш о ф е р. Сыграю им траурный маршок композитора Шопена!

Н и н а. Без моей команды — ни выстрела. (Кларе.) Передай приказ водителям: занять круговую оборону!

Клара убегает.

Ш о ф е р. Обороняться? Под Берлином? Истребить их надо!

Н и н а. Я предложу им сложить оружие.

Ш о ф е р. Разрешите — я. Как-никак мужской голос.

Н и н а. Ничего, советский голос — и женский хорош. (Сложив ладони рупором, по-немецки.) Немедленно выходить по одному, бросить оружие! Выходить по одному! Живо!

В ответ слышатся выстрелы.

З а т е м н е н и е.

Полуразрушенный дом на пылающей окраине Берлина. М а к с и м о в, заглядывая в блокнот, диктует  Т е л е г р а ф и с т к е.

М а к с и м о в. «Москва, «Красная звезда». Абзац. Первый из фронтовых знакомых, кого я встретил на берлинской окраине, был политработник Ратоян. Но побеседовать с подполковником не удалось. Он спешил на передний край, на захваченную станцию берлинского метро. Сегодня, 22 апреля 1945 года, везде, даже на самых горячих точках, проводятся беседы о 75-летии со дня рождения Ленина…»

Т е л е г р а ф и с т к а. У нас во время беседы грохнулся «юнкерс». Почти рядом.

М а к с и м о в. «Воины Солодухина достойно отмечают эту дату: ворвались в Берлин! Помню, под Москвой Солодухин хорошо сказал: «Заря победы только-только забрезжила над Подмосковьем», а молодая партизанка Гаранина добавила, что заря победы обязательно взойдет над Берлином. И сейчас мысли уносят наших воинов под Москву, где они все гордо называли себя москвичами…»

Т е л е г р а ф и с т к а. Точно! Я елецкая, а говорила — москвичка!

Вбегает  Н и н а, сгоряча не замечает Максимова.

Н и н а. Катюха, закрывай контору!

М а к с и м о в (горячо). Но я — в газету! (Узнал ее.) Нина!

Н и н а (обрадовалась). Здравствуйте!.. Ничего не могу сделать — приказ комдива. Выдвигаемся ближе к рейхстагу. (Начинает собирать аппаратуру.) К Унтер-ден-Линден!

Т е л е г р а ф и с т к а. По-русски — улица под липами.

М а к с и м о в (жалобно). Нина, но мне в газету…

Н и н а. А вы передайте от танкистов. Их узел на Лейпцигерпляце.

Т е л е г р а ф и с т к а. По-русски — Лейпцигская площадь.

З а т е м н е н и е.