Сопровождающий никак не отреагировал на вопрос и остался стоять молча и неподвижно, держа в руках пакет с покупками. Он явно был не расположен вести какие-либо разговоры. Когда приехал лифт, он также молча, но сильно подтолкнул свободной рукой Максима к выходу, а выйдя следом, стал так, чтобы отрезать путь к ступеням лестничного пролёта. Григорьев остановился перед ним, демонстрируя, что не намерен входить в свою квартиру, но за спиной неожиданно щёлкнул дверной замок его же квартиры...
- Максим Фадеевич! - раздался позади него голос. - Мы уже думали, что вы сегодня решили не ночевать дома?
Обернувшись, Максим увидел в открытых дверях свой квартиры ещё одного "спеца", который отошёл в сторону, предлагая войти.
- Проходите. У вас очень мало времени, и есть вопросы, которые мы должны обсудить.
Вздохнув, Максим вошёл в квартиру, чувствуя, как где-то в животе накапливается неприятный холод и деревенеют ноги. Сопровождающий в квартиру заходить не стал. Он лишь занёс пакет с покупками и сразу вышел вон. Прежде чем закрылась дверь, Максим успел заметить, что "спец" остался на площадке. Крышка захлопнулась.
Тот, что закрыл дверь и остался в квартире с Максимом, сдержанно улыбнулся и потёр короткопалой рукой по-бандитски стриженную почти под "ноль" голову.
- Где вам будет удобнее - на кухне или в комнате?
- На кухне, - ответил Максим, продавливая слова через спазм горла. - Я бы хотел поужинать.
- Вы хозяин, - снова вежливо улыбнулся "гость". - На кухне, так на кухне. Так даже лучше. По-свойски, можно сказать. Если чем угостите - не откажусь и буду благодарен. На кухню?
Через несколько минут, поставив поднос с бутербродами на стол, Максим разлил горячий чай по чашкам. До этого он успел переодеться и умыться, заодно изучив квартиру. Кроме него и тихого незнакомца на кухне в помещении не было больше никого. От внимательного взгляда Григорьева не ускользнуло то, что в квартире провели негласный и очень профессиональный обыск. Угол шторы в спальне оказался закинутым за решётку радиатора, а края простыни на кровати заправлены под матрас, чего никто и никогда в доме Максима не делал. Изучали даже пол под ковром, который теперь лежал ворсом в обратную сторону, став темнее обычного под светом потолочных светильников.
- Бутерброды с сыром и колбасой употребляете? - спросил он своего нежданного и незваного гостя. - Времени на разносолы нет, а есть после работы очень хочется.
Гость, сидя за столом в плаще, небрежно качал ногой, забросив её на другую. Едва прозвучало предложение, он безо всякой ложной скромности взял с подноса бутерброд и сразу откусил половину.
- Не беспокойтесь. Мы тоже люди не балованные. Всё понимаем. А жена не заботится об уюте?
- Жена? Жена как бы есть, но её и нету.
- Серьёзные проблемы?
- Немалые, - неопределённо ответил Максим. - Пока даже не знаю, где она.
- Молодая озорная? - внимательно изучая Григорьева суровым и колючим взглядом, спросил незнакомец и отправил вторую половину бутерброда в рот.
- Стараюсь выяснить.
- Помочь?
- В чём?
- С женой. Мы можем. Не проблема, - уверил собеседник, облизывая масло с ухоженных пальцев.
- Кто это мы? - не преминул поинтересоваться Максим. - Наверное, пора познакомиться. Вы у меня в квартире, меня знаете, а...
- Простите, первая совместная ночь - не повод для знакомства.
- СБУ?
Ответом была презрительная ухмылка, тотчас съеденная с ещё одним бутербродом.
- Не стоит гадать, Максим Фадеевич. Мы приехали к вам, выполняя вашу же просьбу.
- Мою?! - изумился Григорьев. - Простите, но...
Незнакомец пинком вытолкнул из-под стола большой зелёный короб - точно такой же, в каком было дело об убийстве Пучкиной.
- Здесь недостающие материалы, о которых вы спрашивали Босара. Вы об этом просили?
Максим вздохнул и потянулся к коробке, но человек поставил на неё свою ногу в дорогом, идеально начищенном туфле. Штанина брюк при этом поднялась выше и стала видна закреплённая на щиколотке кобура с револьвером. Таким оружием ни один "спец", как знал Максим, не пользовался. Спецподразделения МВД, СБУ и армии предпочитали автоматическое или полуавтоматическое. Также не в ходу был такой "голливудский" способ носки оружия.
- Одна просьба, - склонился к нему "гость". - Вы ознакомитесь со всем, что вам нужно... до утра. Я потом зайду и заберу.
- Я имею полное право!.. - возмутился было Максим, но его перебили.
- С нами бесполезно говорить о правах, - сказал "спец" таким тяжёлым тоном, что все остальные вопросы отпали сами собой. Убрав ногу с короба, человек встал. - У меня будет к вам одна простая просьба - одолжение, если можно. Разрешите?
- Кажется, только что мне дали понять, что прав у меня сейчас не больше, чем...
- Не в таких мелочах, - одарил его сдержанной, холодной улыбкой ночной гость. Он указал на холодильник. - Разрешите, я сделаю несколько бутербродов для своих ребят. Нам сегодня тоже не повезло с питанием. Мы голодны и злы, как псы!
- Если станете добрее - пожалуйста.
На его колкость никак не отреагировали, а стали заниматься приготовлением закусок.
Максим поднял короб и, чувствуя его тяжесть, встал.
