По законам жанра положено было бы спросить, грубо так, по-хамски: «Ну, чего надо? Кто такие?», переслоив двумя-тремя матерками, и тем самым сразу же обострить ситуацию. Но, откровенно говоря, в первое мгновение Баринов растерялся — реакция на подобные штуки смолоду была замедленна, а спустя еще секунду такой демарш просто терял смысл. Потому что человек, переступив порог, остановился и вежливо склонил голову в полупоклоне.
— Здравствуйте, Павел Филиппович. Мы с вами были когда-то знакомы — Долгополов Валерий Иванович. Вы — выпускник, я — студент третьего курса, в один день делали свои сообщения на научно-практической конференции биофака МГУ. Может, помните?
Баринов секунду смотрел на него прищурясь, потом неопределенно кивнул.
— Ну и что?
— Да нет, ничего, — пожал плечами Долгополов. — Мне казалось, вам будет любопытно.
— Да, я любопытен, — усмехнувшись, согласился Баринов. — Поэтому у меня к вам два вопроса и одна просьба. Первый — где я нахожусь? Второй — каким образом меня дважды за последнее время усыпили?
Долгополов самым приятнейшим образом улыбнулся и покачал головой. Видимо, что-то подобное он ожидал.
— Извините, Павел Филиппович, на данные вопросы я отвечать не уполномочен. — И словно смягчая свои слова, чуть ли не заискивающе наклонил голову набок. — Ну а просьба? Чем могу...
— А просьба простая. Передайте, пожалуйста, Николаю Осиповичу, что при первой же встрече я с превеликим удовольствием набью ему морду.
Как и ожидалось, Долгополов смутился, закашлялся, будто поперхнулся, и при этом непроизвольно покосился вверх, на вентиляционную решетку. Баринов повторил его взгляд, но уже демонстративно, чем заставил его смутиться еще больше.
— Гм-гм, — еще раз откашлялся Долгополов. — Хорошо, хорошо, я постараюсь... Но, собственно, зачем я пришел. Собирайтесь, Павел Филиппович, провожу вас в ваши апартаменты.
— Вот как? А это что? — Баринов сделал указательным пальцем вращательное движение.
— Это? Обыкновенный бокс изолятора. Извините, другого помещения не нашлось, события были... э-э, несколько форсированы...
Баринов усмехнулся.
— Понятно. Значит, на выход с вещами.
Но Долгополов сделал вид, словно не понял.
— Нет-нет, пижаму оставьте, она вам больше не пригодится. — Он сделал приглашающий знак рукой в сторону двери. — Прошу вас!
Пройдя между отступивших в стороны рослых фигур в белых халатах, будто мимо неодушевленных предметов, Баринов снова пошутил:
— Руки за спину, лицом к стене?
На этот раз Долгополова проняло.
— Все шутки шутите, Павел Филиппович? — в голосе прорезалось явное неодобрение. — Идемте, идемте, по коридору прямо, потом направо.
Скрывать интерес к месту, в котором оказался, Баринов не видел смысла, поэтому рассматривал все с любопытством.
Скучный, плохо освещенный коридор разнообразили массивные и тяжелые на вид двери по обеим сторонам, без табличек, но с порядковыми номерами — 225, 226, 227... После двери с номером 233 повернули направо, видимо, здание имело форму буквы «П» или «Г»... или «Ш». Здесь дверей вообще не было, только ближе к тупику обнаружились шахта грузового лифта и проем на лестничную площадку. Проход на этаж выше перекрывала металлическая решетка.
Спустились по лестнице вниз. На первом этаже слабо, но отчетливо пахнуло виварием, видимо, из подвала, тоже забранного решеткой. А в торце коридора оказался черный вход, или запасной выход — как местные его называют, Баринов, естественно, не знал.
Асфальтированную площадку перед входом плотно обрамляли деревья и кустарники. Баринов присмотрелся: сирень, можжевельник и, кажется, жимолость, а также ясень, липа, ольха... Диапазон — от Калининграда до Владивостока.
Удивило другое.
— А мне казалось, что сейчас ночь, — повернулся он к Долгополову.
— Это почему так?
— В палате, в изоляторе окно темное.
— А-а, это! — махнул рукой Долгополов. — Там внешние ставни, типа жалюзи. Сейчас утро, — он мельком глянул на часы, — четверть десятого... Идемте, идемте, вот по этой дорожке.
Видимо, обязанности санитаров с обликом вышибал заканчивались за пределами здания. Они остались на приступках, а Долгополов, даже не оглянувшись, повел Баринова дальше один.
Объективности ради стоит признать, разместили его в самых настоящих апартаментах. Клетки действительно бывают золотыми. Или позолоченными.
...По тенистой аллейке, не дававшей осмотреться, они вышли на другую, перпендикулярную ей, на которой уже могли бы разъехаться два автомобиля. По обе ее стороны на одинаковом расстоянии друг от друга выстроились почти скрытые густо разросшейся зеленью одинаковые одноэтажные домики из светло-желтого кирпича; к каждому вела выложенная бетонной плиткой и обрамленная цветочными клумбами дорожка.
Они прошли мимо трех или четырех, и Долгополов свернул к следующему, с крупной цифрой «12» сбоку крылечка с двускатным навесом. Он открыл ключом английский замок, первый прошел внутрь. Баринов шагнул следом и оказался в довольно просторной прихожей.
Долгополов щелкнул выключателем, закрыл за ними входную дверь.