— Любуешься зверинцем, крыса? В твоих же интересах не выпустить никого. — услышал я голос Чей-Бру. Прекрасно зная о моих навыках сенсора, он произнес эту фразу далеко отсюда, едва сам услышал скрип двери. Значит, он уже близко.
— Даже не собирался, — ответил я, ошарашенно. — Зачем вам все это? Вы хотите уничтожить мир?
На ответ я не рассчитывал, но он последовал:
— Раньше здесь были лаборатории асу.
Ассари и крысы? Что может быть общего у этих рас? Хотя зная змей, скорее всего они просто взяли какое-то племя незу в рабство. Но зачем змеи создали этих тварей? Если бы они могли ими управлять, давно прибрали к рукам весь Доминион и его окрестности. А значит, подчиняться чудовища им не пожелали.
К слову любопытно, а не здесь ли был создан и сам Чей-Бру?
— Может, просто сдашься уже? — без особой надежды предложил убийца.
— Иди к Мортис, — устало и уже совсем беззлобно ответил я в пустоту, оборачиваясь в зверя. Большое окно находилось прямо за электрической сферой с клеткой внутри, внутри которой бесконечно переливалось непонятной массой вязкого мрака сущность, не похожая ни на что.
То и дело из черной жути по центру пыталось что-то вырваться или клокотало демоническим варевом, проявляя наружу то отдельные конечности, то аморфную черную дымку, то побеги чернильных щупалец. Тварь посекундно менялась, не давая сформировать единого описания о себе. Мельхиор прав, это создание действительно, «нечто».
— Великие забытые боги. Зачем кто-то создавал подобное? Это ведь не может быть порождением естественной природы, — признес я себе под нос.
— Сейчас это Личный зверинец Ректора, — послышался новый ответ Чейбру. Плохо, если он слышит меня даже так, то он уже в здании! — Однажды все это обрушится на прихвостней мира-темницы. Грядет четвертая битва магов, крыс. Бойся. Бойся их и нас, смотрителей этого места. И кстати, отсюда нет выхода.
— Если бы это было так, то с чего бы я сюда бежал, по-твоему?
Шум приближающегося поезда был все ближе. Равно как и приближающийся голос убийцы. Пришло время действовать. Взяв валявшийся на полу стальной табурет, я с силой зашвырнул его в громадное смотровое окно с видом на ущелье и одинокий монорельс с приближающимся составом.
Послышался звон разбиваемого стекла и громадная прозрачная плоскость с шумом осыпалась градом острых осколков.
— Что ты наделал? Гребаный псих, ты соображаешь…
— Да не ори ты, не выпустил я никого, — грубо ответил я, не разбираясь, слышит меня преследователь или нет, разогнался и прыгнул в сторону васильковой связки вагонов.
— Это конец, мистер Сайрис. Медленно вдаль уплывают последние минуты вашей жизни. Бежит, качается ваш голубой вагон. Скорый поезд набирает ход… — его подчеркнуто вежливый и даже немного сочувственный голос еще больше выводил ворона из себя. — Наверное, вы сейчас думаете «Ах, зачем же кончается эта полная зверских убийств жизнь», не так ли, мистер Сайрис? Пусть бы она тянулась еще хоть годик.
— В своем глазу бревна не замечаем, а, зубастик?
— Может, мы и обидели кого-то зря, — признал маг. — Но это точно не про вас, мистер Сайрис.
— Серьезно? У вас стрелочка не поворачивается, да? Как на счет того, чтобы осудить лиса?
— Скатертью стелется дальний путь в царство Мортис, — голосом заботливой бабушки добавила старуха Клеко. — Каждому до последнего верится в лучшее, но стоит ли?
Где-то позади нее, опасно свесившись большой кабаньей головой вниз, валялся Балтор, грозя очень скоро присоединиться к своему брату.
С ревом ускоряющаяся голубая связка вагонов свернула в ущелье с сотнями натянутых горизонтально цепей. Некоторые из них были столь велики, что на зыбившиеся в зверья цепи земле росла трава, чем-то напоминающая бирюзу Геотермы.
Под ловящим каждое движение взглядом девы из рода Сов, что присягнула на верность ложному лису, по центру одной из цепей оказался сиинтри. Летающее вокруг Улинрай подсвеченное магическим сиянием оружие замерло и под низко натянутым капюшоном на миг показались белесые зрачки оури.
Чей-Бру опоздал на самую малость, и я успел прыгнуть. Убийца последовал за мной без раздумий. За время схватки мы так приноровились к стилю боя друг друга, что интуитивно начали предугадывать действия.
Я чуял приближение поезда, осталось продержаться пару секунд, и за них я должен в третий раз удивить его.
В руках серолапа появилась алая сфера и пылающий красным рейлин. В ответ я насытил свой китаровый диск морозом, и вынул из инвентаря Ловец. Сейчас в нем был заряжен цвет радости Рин. Ни в коем случае нельзя потерять его, иначе если мы не найдем Рин, ворон без него обратится в чудовище. Но можно поступить иначе — так, как я уже делал, создавая двуцветные камни.
Повышен навык: синкретизм. Текущий уровень 2.
Как скажешь, великий отец. Я все равно не знаю, что это и зачем мне это нужно.
— Очередной фокус, крыса?
— Ага. Нападай!
— Да хрен тебе. Я похож на идиота?
— Немножко.
— Ах ты!..
