— Мне просто… очень и очень паршиво на душе от этого. Тошно от себя, как под проклятием пустоты. Но я не сойду с ума и не наделаю глупостей, если вдруг придётся солгать. И если я тебя пошлю к хаосу и оставлю артефакты себе, ну может, уйду в запой, буду страдать, пить настой ситты и давать концерты. Но ничего страшного со мной не случится. Хотя нет, даже не так — я просто подчиню себя «королевской волей».
— Мудр, как тари. Может, и не зря коты считали твой род отмеченным высшими силами. Вот уж чудны пути судьбы, никогда бы не подумал, что прислужник-белка, которого вороны вручили своему посланнику, окажется потомком клана тар Китанэль…
Приоткрыв глаза в реальности, я бросил взгляд на долину, где вдалеке уже виделись темнеющие фигурки друзей. Что-то мы разговорились с ним. Но может, это и к лучшему.
Такой союзник, как Харо — это доступ к знаниям и прокачке всех моих будущих воинов. Да, сам бывший лисий император не похож на того, кто способен противостоять основателю Тиши или лидеру иерархии асу. Но с ним на моей стороне, мой союз обретает новые уникальные возможности.
Как насчёт развить улиток в реальных суперсолдат с редкими классами древних? Вооружённые артефактами тари, обученные и прокачанные в охоте на монстров вертикального леса с наставниками в виде легендарных древних существ.
Так же прокачаем возможности хатоу, вооружим их элитным оружием. Соберём с Антайной сет побрякушек на разум для кристаллидов. Если эти живые кристаллы станут умнее, их эффективность возрастёт в разы.
К тому же рядом с крепостью Каменного Облака и Доминион — с ресурсами Мёртвокотья мы легко можем всю мою армию камней вооружить специальной экипировкой, которой могут пользоваться только они. Каменной деве вполне можно вручить эбонитовые мечи весом под две сотни кило и башенные щиты весом в пол тонны.
Да, нас пока что немного, но очень скоро один рядовой боец моего королевства будет стоить десятка крыс, а армия — легко расправляться с гибридными тварями глубин.
Задумавшись, я не сразу заметил, как посерьёзнел лисодракон. Отставив вторую опустошённую бутылку крепкого пойла, он смотрел на меня умными, и совершенно трезвыми глазами. Будто и впрямь притворялся всё это время, или просто только что применил отрезвляющий навык.
— Говорят, величайший герой тари, основавший твой род, Василий Китанэльский, тоже был попаданцем из какого-то другого мира. Попаданцем, изменившим историю триантари, заимевшей сына с кошачьей богиней. А затем его внуки Сиам и Феликс стали легендарными героями, о которых знает каждый кот. Затем Мурчик Небесный, ещё одна легенда… Мне прямо интересно было бы узнать, кто твои волчьи и беличьи предки.
Я молчал. Ответить мне было нечего. Разве что сделал мысленную пометку расспросить обо всём Айрэ.
— Хорошо, Лииндарк я понял тебя, и буду говорить серьёзно, как с равным. Только недолго, потому что от трезвости меня реально выворачивает. Проклятая память…
— Мне нужно знать всё о змеях, и о крысах тоже, пожалуй. Хорошо бы ещё понимать, какую роль в этом всём играет Доминион. И конечно, мне нужна будет помощь твоей библиотеки в прокачке моих воинов. Это и в твоих интересах, если по итогу тебе будет нужна военная поддержка. Но в открытую конфронтацию с Харо я не вступлю. И тебя не стану просить сражаться в бою со змеиным иерархом.
— Справедливо… и очень опасно. Но я согласен. А теперь, давай я тебе расскажу, в какое дерьмо ты влез и каких глупостей успел наделать…
— Все в каком-то смысле уникальны, — ответил я на резюме лисодракона.
— Я говорю о других цветомантах. Алькор был пафосен и безумен, считал себя игроком, а всё вокруг искусственной игровой вселенной. Он бил всегда в лоб. Изворотливо и хитро, но в лоб и сразу. Арахна стратег, любящий очень длинные многоходовки. Её интрига с твоим цветом и кошачьим посланником — шедевр. Плюс прорицание. Честно говоря, я не понимаю, как ты смог её победить. Она никогда не ошибается в своих расчётах и готова выжидать столетиями, просматривая пути судьбы силой оракула.
Конечно, не понимаешь. И не поймёшь. Вот только хрен я тебе скажу, кто мне в этом помог, а то ещё запишешь в кровные враги.
— Погоди, о какой интриге паучихи ты говоришь?
— О, так ты не понял? Ахаха… да. Ну да, — улыбнулся Книгозмей. — Твой кровавый кармин — сущность ярости. Сам я с кошачьим посланником ещё не встречался, но… что ты сам о нём думаешь?
— Немного фанатичный, как и полагается тари. Но при этом он очень расчётливый и осторожный. Будто всегда выжидает до последнего, мягко направляя окружающих. В целом, он показался мне честным и… добрым, что-ли. Не знаю, есть в нём некая жалостливость ко всем, что ли. В рейде он старался помочь и дать шанс каждому, плевать из какой он группы и кому предан. И, наверное, больше всех был озабочен, чтобы выжили и получили свои имена все.
— А теперь представь, как бы действовал ты на его месте под действием кровавого кармина. Без вспышек ярости, конечно, а через призму этого твоего целителя-добряка.
