Темная дикая ночь полностью

— Спасибо за большее, чем просто ужин, — она смотрит на диван, где мы лежали, обнявшись. Там еще витает наше сексуальное напряжение. Интересно, она тоже это видит? — Еще спасибо, что ты такой классный. Понимаю, что моя жизнь сейчас сплошное сумасшествие, а у тебя полно своих дел. Я ценю, что ты миришься со всем этим и пообнимал меня сегодня.

Я улыбаюсь, но ничего не отвечаю, потому что вот честно — что тут можно сказать? Что готов мириться с сумасшествием хоть круглые сутки, если оно ее?

Она наконец поворачивается и подходит к двери.

— Ты мое укрытие.

— Меня называли куда хуже, — отвечаю я.

Слегка улыбнувшись, Лола встает на цыпочки и, подавшись вперед, быстро целует меня в щеку.

— Спокойной ночи, Оллс.

— Спокойной, Сладкая Лола.

И после этого она уходит.

Чем занимается кое-кто после вечера интимных обнимашек с другом на диване, приехав в свою пустую и холодную квартиру?

Ну, первым делом эта кое-кто достает из прикроватной тумбочки вибратор. А на следующий день она направляется прямиком в магазин этого друга и делает вид, что совсем не наблюдает за ним остаток дня.

Если честно, я не знаю, что со мной не так. Меня настолько разрывает между желаниями держать его во френдзоне и немедленно оседлать, что приходится сдерживаться всякий раз при мысли об этом. А сам факт, что вчера Оливер оказался не против объятий и флирта… и даже поощрял… Я просто… Я серьезно не знаю, что делать, потому что, с одной стороны, человек, с которым мне хочется это обсудить, — это и есть Оливер, а с другой — он последний, с кем буду об этом говорить. Мне хочется его подтолкнуть, совсем чуть-чуть, чтобы посмотреть, не изменилось ли что между нами, и сделает ли он шаг вперед. Просто я никогда не могу точно знать, что происходит у него в голове.

— Ты уже поселилась тут, Лола? — из-за прилавка интересуется НеДжо, когда я прохожу мимо него в конец магазина. — А то давай я покажу тебе, как заполнять ведомость, а сам пойду забью косячок.

— Я все слышу, — кричит с другого конца магазина Оливер. Он смотрит на меня и слегка улыбается.

В этой улыбке тысячи слов, а я не знаю этого языка.

— Преследовать вас обоих — одна из привилегий создательницы комиксов, — отвечаю я и потягиваюсь с альбомом в руках, расположившись на новом диване в конце магазина. В последнее время уголок для чтения вечно полон фанаток Оливера и старшеклассников, пролистывающих «Секс-преступников»[26]. — Я могу проторчать тут хоть весь день и смело назвать это исследованием.

— Она скрывается от папарацци, — Оливер подбородком показывает на окно, за которым стоит мужчина с блокнотом рядом с несколькими терминалами оплаты парковки. — Еще только одиннадцать, а он уже часа два там торчит, — говорит он мне. — Думаю, надеется взять у тебя интервью в свою крошечную газетенку с пятитысячным тиражом где-нибудь в Чула-Виста[27].

Я благодарю его за горячий кофе из Старбакса и думаю, я его не сразу увидела, как пришла, именно потому, что он ходил за ним.

Не смотря на то, что пресс-релиз вышел, где только можно, интернет заполонили популярные хештеги, тонна постов на тамблере, и все до сих пор обсуждали кастинг, не похоже, что кто-то срочно мной заинтересовался. Писатели ведь скучные. А писатели-интроверты, не жаждущие внимания, — тем более. Я заранее ответила на вопросы всех крупных интервью и скинула Бенни на почту. К счастью, хоть здесь Анджела Маршалл ошиблась, говоря о переменах в моей жизни.

— Чем занималась вчера вечером? — спрашивает меня НеДжо, вручая покупателю пакет и закрывая ведомость.

— Была с Оливером.

Когда я говорю это, интересующий меня мужчина не поднимает взгляд, и я снова теряюсь в догадках, что творится у него в голове. Думает ли он о том, каково это было — прижавшись друг к другу, лежать на диване? Или, может, что после моего ухода он слопал все мороженое? Или же о том, какого черта на меня вчера нашло? Уж у меня-то это не выходит из головы.

В то же время я не могу сказать, что жалею.

— Была? — двусмысленно уточняет НеДжо.

— Джо, — в голосе Оливера слышится мягкое предостережение.

— Этот парень делает просто фантастические ребрышки барбекю, — говорю я НеДжо.

На долю секунды Оливер встречается со мной взглядом, после чего отворачивается и старается скрыть улыбку.

— Значит, смаковали горяченькое, да? — ухмыляясь, спрашивает НеДжо. — Обсасывали со всех сторон?

Я люблю этот расслабленный смех Оливера, который следует за этим словами, и его скользящий взгляд в мою сторону. Люблю, что темп его работы не меняется, даже когда мы смотрим друг на друга, вдыхая и выдыхая. Он вытаскивает из коробки стопку книг и кладет ее на прилавок. Берет еще одну и снова кладет.

— Ты опасен, — говорю я, и смотрю на НеДжо, но имею в виду Оливера.

Потому что именно он настоящая опасность. Одна большая спокойная, уравновешенная и охренительно сексуальная опасность.

Пожав плечами, НеДжо склоняется над книгой.

— Говорят, в новом выпуске у Рыжей Сони грудь стала больше. Неистово плюсую.

Оливер поворачивается в его сторону.

— Ну-ка покажи обе руки, Джо.